Особенности производства судебной психолого-лингвистической экспертизы при расследовании преступлений, связанных с деятельностью экстремистских сообществ и организаций

Особенности производства судебной психолого-лингвистической экспертизы при расследовании преступлений, связанных с деятельностью экстремистских сообществ и организаций

В статье рассматриваются особенности назначения и проведения судебно-лингвистической экспертизы при расследовании преступлений, сопряженных с деятельностью экстремистских сообществ и организаций. Автором проанализированы особенности назначения экспертизы, отдельные действия следователя, а также сформулирован типовой список вопросов, подлежащих выяснению в ходе экспертизы. Автор приходит к выводу, что эффективность проведения экспертизы напрямую зависит от точности поставленных перед экспертами вопросов, а также количества участвующих экспертов.

Авторы публикации

Рубрика

ПРОЧЕЕ

Журнал

Журнал «Научный лидер» выпуск # 42 (44), Декабрь ‘21

Дата публицакии 18.12.2021

Поделиться

В настоящее время экстремизм остается одной из острейших проблем современного российского общества, угрожающей безопасности, целостности и стабильному развитию российского государства. Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" дает широкое определение экстремизма и экстремистской деятельности из тринадцати пунктов, которое включает в себя такие слова как «публичное оправдание», «возбуждение розни», «пропаганда», «публичные призывы», «публичное заведомо ложное обвинение»[1]. Данное законодателем определение позволяет утверждать, что экстремистская деятельность неизбежно связана с передачей информации, несущей возбуждающий рознь содержание и смысл, а также способной оказать существенное деструктивное влияние на безопасность российских граждан и стабильность российского государства. Зачастую, следователь и суд не могут самостоятельно установить экстремистский характер того или иного полученного в ходе расследования материала. Как справедливо замечают А.Х.Валеев и А.Ю.Самойлов «В целях установления вербальных проявлений экстремизма не только в ходе расследования уголовного дела, но и на стадии его возбуждения возникает необходимость использования специальных знаний.»[2, с.30-31]. Стоит сказать, что без назначения, проведения и использования результатов экспертиз не обходится ни одно расследование и рассмотрение уголовного дела об экстремизме. Трудно оценить степень важности той или иной экспертизы применительно к расследованию преступления, сопряженного с деятельностью экстремистского сообщества или организации, однако с уверенностью можно утверждать, что психолого-лингвистическая экспертиза является одним из важнейших способов, позволяющим установить экстремистский мотив, обязательный для доказывания согласно п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ[3] и обеспечить успешное расследование преступления, в целом.

Судебно-экспертная деятельность в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Данный закон определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве. Производство судебной экспертизы в уголовном судопроизводстве регулируется главой 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Приняв решение о необходимости производства судебной экспертизы, следователь выносит постановление, в котором указывает основания для назначения экспертизы, фамилию, имя и отчество эксперта, а также реквизиты экспертного учреждения, в котором будет проводиться экспертиза. В постановлении указываются материалы, предоставленные для исследования, а также формулируется список вопросов, на которые должны ответить эксперты, поскольку судебную психолого-лингвистическую экспертизу принято относить к числу комплексных, то есть требующих привлечения нескольких специалистов из разных областей научного знания. Материалы, предоставляемые для исследования по данной категории дел, также имеют свою специфику, вытекающую из законодательного определения экстремистского материала, приводимого в ст.1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». К числу таких материалов законодатель относит не только документы, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности, обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, но и иные материалы, например фотографии, видеозаписи (а иногда и целые кинофильмы), выступления, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное или расовое превосходство одной группы над другой. На исследование могут быть представлены публичные призывы, под которыми следует понимать выраженные в любой форме обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению экстремистской деятельности[4]. Таким образом, исследуется информация, зафиксированная на бумажном или ином носителе, предположительно содержащая в себе смысл, посыл или призыв, который можно назвать экстремистским. С целью устранения возможных неточностей, эксперт должен исследовать материал в виде текста, даже если он зафиксирован как-то иначе, например, на видео или фотографии, причем любое лингвистическое исследование проводится исключительно на русском языке. Стоит подчеркнуть, что при всей многогранности форм материалов исследования, их основные особенности достаточно стабильны. Как правило, отправляемый на исследования материал содержит в себе негативно окрашенную привязку к определенной расовой, национальной, религиозной, идеологической, культурной идентичности, резко негативное, уничижительное описание такой группы с акцентом на отрицательных качествах ее представителей без демонстрации положительных. Зачастую, указание на религиозную, национальную или иную группу связано с призывом осуществить определенные противоправные действия против указанной группы или же наоборот, подчеркнуть привилегированное положение одной группы по сравнению с другими без призыва к какой-либо деятельности. Список противоправных действий достаточно широк, начиная от причинения побоев и увечий и заканчивая призывами к убийству и геноциду, то есть полному или частичному уничтожению национальной, расовой или религиозной группы. Важно подчеркнуть, что отправляя материал на экспертизу, следователь должен предполагать, какую роль в осуществлении экстремисткой деятельности он играл, какое влияние должен был оказывать, по мнению его авторов, и какое мог оказать фактически. При этом следователь должен устраниться от любой оценки материала, предоставив ее экспертам и суду.

Формулирование вопросов следователем эксперту является, пожалуй, самым проблемным аспектом производства судебно-лингвистической экспертизы. Поскольку экстремизм является многогранным явлением, затрагивающим политическую, социальную, культурную и экономическую сферы жизни общества, борьба с ним требует привлечения специалистов и ученых из таких сфер знания, как политика, история, биология, генетика, лингвистика, экономика, религиоведение, культурология, психология, в связи с чем производство судебно-лингвистической экспертизы целесообразно проводить в комплексном виде, с привлечением как минимум двух специалистов, в первую очередь по таким областям знаний, как лингвистика и психология. Стоит сказать, что при возможности не стоит ограничиваться только данными экспертами, поскольку комплексное исследование позволяет расширить предмет экспертизы и как следствие собрать и уточнить максимальный объём информации. Например, участие ученого-генетика или ученого-историка в проведении экспертизы может позволить ответить на вопросы о том, соответствуют ли изложенные в исследуемом материале положения данным современной науки, доказаны ли они и признаны ли научным сообществом, правильны ли утверждения и выводы, основанные на приведенных в публикации данных (исторических, экономических, политических и др.)[5]. Однако участие большого числа экспертов зачастую бывает достаточно трудно обеспечить, не говоря уже о том, что подобный комплексный формат требует от следователя широких личных познаний, основываясь на которых он может формулировать вопросы экспертам.

При подготовке списка вопросов, следователь должен учитывать две важнейшие особенности, связанные с компетенцией участвующих в процессе лиц. Во-первых, следователь должен следить, чтобы решение вопросов, относящихся к компетенции суда, не пересекалось с теми вопросами, на которые должен ответить сам эксперт. Проводящее исследование лицо не отвечает на вопрос о том, содержится ли в исследуемом материале призыв к осуществлению экстремисткой деятельности, содержатся ли в материале высказывания, указывающие на неполноценность какой-либо группы, направлен ли текст на унижение и дегуманизацию такой группы, разделяет ли лицо определенные взгляды и идеи. Верховный суд Российской Федерации прямо относит решение этих вопросов к компетенции суда, а не эксперта. Во-вторых, при формулировании вопросов следователь должен составлять их таким образом, чтобы они не пересекались и не выходили за компетенцию того эксперта, который ответственен за отдельную, часть комплексного исследования. Иначе говоря, эксперт-лингвист не может и не должен отвечать на вопрос, содержал ли материал признаки психического давления на то лицо, которое его воспринимает, а эксперт-психолог на вопрос о наличии в тексте призыва, оценки, описания и так далее. Поставленный перед экспертом вопрос должен быть четким, ясным, не нести в себе подтекста и предполагать конкретный недвусмысленный ответ. Формулируя вопрос, следователь должен заранее сопоставлять ответ эксперта с той или иной частью расследуемого дела, а также иметь ввиду, что при наличии непонятного ему вопроса, эксперт даст самый простой, зачастую неточный или неполный ответ. Как справедливо замечают М.Л.Подкатилина и Е.И.Галяшина «правильная формулировка вопросов эксперту крайне важна, поскольку многие эксперты работают, основываясь на принципе «каков вопрос - таков ответ»[6].

Говоря о самих вопросах, стоит заметить, что какого-то единого списка с вопросами, выносимыми на экспертизу, не существует. Как правило, экспертные учреждения формируют свой список с типовыми вопросами, а также свои типовые списки предлагаются учеными и специалистами, исследующими данный вопрос. Например, Е.И.Васкэ предлагает такой список вопросов, который может быть поставлен следователем перед экспертом-психологом:

1. Имеются ли в представленном материале (книге, листовке, плакате, видеозаписи, лозунге) признаки оказания психического воздействия на читателя (слушателя)?

2. Направлено ли данное психическое воздействие на формирование в сознании читателя (слушателя) негативного образа определенной нации, социальной, религиозной группы?

3. Способно ли данное психическое воздействие вызвать у читателя (слушателя) неприязненное отношение (ненависть, недоверие, презрение) к представителям определенной нации, социальной, религиозной группы?

4. Способно ли данное психическое воздействие вызвать у читателя (слушателя) желание осуществлять негативные (агрессивные) действия в отношении представителей определенной нации, социальной, религиозной группы?[7]

Можно сказать, что данный список вопросов позволяет установить, какое именно воздействие на воспринимающее информацию лицо оказал представленный на исследование материал, определить механизм воздействия на сознание, способ формирования негативного представления и отношения к лицам определенной этнической, расовой или религиозной группы, а также способна ли исследуемая информация побудить человека к каким-либо активным действиям против представителей той группы, на которую указывает автор материала. Вопросы, поставленные перед экспертом-лингвистом, носят несколько иной характер и призваны установить личное отношение автора материала к той или иной группе, а также выявить те лингвистические механизмы, которые он использует. Типовой список вопросов, поставленных перед экспертом-лингвистом, может быть сформулирован следующим образом:

1. Имеются ли в представленном на исследование материале высказывания, содержащие негативную оценку национальной, расовой. религиозной, культурной или иной группы?

2. Имеются ли в представленном на исследование материале утверждения о превосходстве одной группы лиц над другой на основании национальной, расовой, религиозной или иной групповой принадлежности?

3. Имеются ли в представленном на исследование материале высказывания, выражающие положительную оценку агрессивных действий одной группы лиц против другой на основании их национальной, расовой, религиозной, культурной или иной принадлежности?

4. Имеются ли в представленном на исследование материале высказывания, содержащие призывы к вооруженной борьбе с действующей властью или выражающие намерения осуществления данной борьбы?

5. Имеются ли в представленном на исследование материале высказывания, содержащие положительную оценку деятелей нацисткой Германии, фашистской Италии, а также лиц, чья вина установлена международным трибуналом в Нюрнберге?

6. Имеется ли в представленном на исследование материале призыв к отделению отдельной части территории государства?

7. Содержится ли в представленных материалах информация об организованной деятельности по подготовке или осуществлению враждебных, связанных с насилием действий в отношении группы лиц, объединенных по национальному, расовому, религиозному, культурному или иному признаку?

Завершив исследование, эксперты составляют заключение, в котором указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвовавший в производстве комплексной судебной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность.

Подводя итог, можно сказать, что судебная психолого-лингвистическая экспертиза является эффективным инструментом при расследовании преступлений, сопряженных с деятельностью экстремистских сообществ и организаций. Она позволяет не только установить мотив совершенного преступления, но и составить полную картину о взглядах той или иной экстремисткой группы. Используя специальные знания экспертов, следователь может значительно продвинуться в процессе расследования уголовного дела, однако специфический характер экстремистской деятельности, ее многогранность создают определенные препятствия для следователя при формулировании вопросов, от качества которых зависит и деятельность самих экспертов, проводящих исследование. В то же самое время, комплексный характер данного вида экспертизы предусматривает участие максимально возможного количества компетентных лиц, чего не всегда удается достичь на практике не только в силу отсутствия специалистов, но и по причине ограниченных сроков расследования. С целью повышения качества производства судебной психолого-лингвистической экспертизы, представляется необходимым привлечение максимально возможного числа экспертов из разных областей науки, что при правильной и точной постановке вопроса позволит получить максимально достоверную информацию о характере и особенностях того или иного исследуемого экстремистского материала.

Список литературы

  1. О противодействии экстремистской деятельности : Федер. закон от 25 июля. 2002 г. № 114-ФЗ : [принят Государственной Думой 26 июня. 2002 г. : одобрен Советом Федерации 10 июля. 2002 г.] // ГАРАНТ : справ.-правовая система. – Режим доступа: по подписке.
  2. Рекомендации об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды: Утверждены зам. Генерального прокурора РФ М. Б. Катышевым 26 июня 1999 г. // Нац. газ. 2002. № 8-12(58-62). URL: https://rusexpert.ru/public/biblioteka-pdf/1.42MetRekGenProk1999.pdf. (проверено 18.12.2021 г.).
  3. Подкатилина, М. Л., Галяшина, Е. И. О разработке типовых вопросов судебной лингвистической экспертизы экстремистских материалов / М.Л. Подкатилина, Е.И. Галяшина // NOMOTHETIKA: Философия. Социология. Право. – 2013. – №9(152). Режим доступа : https://cyberleninka.ru/article/n/o-razrabotke-tipovyh-voprosov-sudebnoy-lingvisticheskoy-ekspertizy-ekstremistskih-materialov (дата обращения: 17.12.2021).
  4. Валеев, А.Х., Самойлов, А.Ю. Проблемы использования специальных знаний при расследовании преступлений экстремистской направленности / А.Х. Валеев, А.Ю. Самойлов // Эксперт-криминалист. — 2011. — № 3 — С. 30-31.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ [в редакции от 13 мая 2021 года] // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2001. – № 52 (часть 1). – Ст. 4921.
  6. О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 № 11. – Доступ из справочно-правовой системы «КонсультантПлюс».
  7. Васкэ, Е.В., Горюнова-Куракина, О.И. Проведение психолого-лингвистической экспертизы при расследовании преступлений экстремиской направленности / Е.В. Васкэ, О.И. Горюнова-Куракина // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. – 2015. –№12-4. Режим доступа : https://cyberleninka.ru/article/n/provedenie-psihologo-lingvisticheskoy-ekspertizy-pri-rassledovanii-prestupleniy-ekstremiskoy-napravlennosti (дата обращения: 17.12.2021).

Предоставляем бесплатную справку о публикации,  препринт статьи — сразу после оплаты.

Прием материалов
c по
Осталось 6 дней до окончания
Размещение электронной версии
Загрузка материалов в elibrary