Теоретическое оформление идей камерализма в книге и.т. посошкова «о скудости и богатстве»

Теоретическое оформление идей камерализма в книге и.т. посошкова «о скудости и богатстве»

В представленной статье предпринята попытка выявить камералистскую идейную направленность рассуждений И.Т. Посошкова, изложенных им в книге «О скудости и богатстве». Автором описаны исторические факторы формирования камералистских воззрений в России на рубеже XVII-XVIII вв. и программа социально-экономических и политических реформ российского мыслителя. Автор приходит к выводу о том, что И.Т. Посошков является «самобытным камералистом», являющимся поборником монархической власти и сторонником всеобъемлющей регламентации общественной жизни, нацеленной на приумножение национального богатства страны.

Авторы публикации

Рубрика

Экономика и управление

Журнал

Журнал «Научный лидер» выпуск # 36 (38), ноябрь ‘21

Поделиться

Введение

Долгое время в истории экономической мысли камерализму присваивался статус «немецкой версии меркантилизма», возникшей в Западной Европе во 2-й половине XVII в. Идеи «консультантов-администраторов» [7, c. 217] с большим трудом конкурировали с другими направлениями меркантилистского учения в условиях интенсивно развивавшейся системы гуманитарных наук Раннего Нового времени. Помимо этого, на сегодняшний день сформированы крайне размытые представления о том, что составляло главный исследовательский интерес немецких камералистов – экономическая сфера жизни общества или система государственного управления.

Ещё более скромное место камералистские воззрения занимают в отечественной исторической науке. Подавляющее количество работ написано об имплементации идей немецких камералистов в бюрократический аппарат Российской империи на рубеже XVIII-XIX столетий [3, c. 62-79]. Тем не менее, многие из принципов камерализма начали активно заимствоваться ещё в период правления Петра Первого.

Цель настоящего исследования состоит в характеристике книги И.Т. Посошкова «О скудости и богатстве» как российского исторического памятника «самобытного камерализма» 1-й половины XVIII в.

Для достижения поставленной цели мне видится необходимым две ключевые задачи:

  • описать предпосылки распространения камерализма в России в первой половине XVIII в.;
  • доказать «самобытность» воззрений И.Т. Посошкова и их специфичность в сравнении с идеями «консультантов-администраторов».

Исторические факторы формирования камералистских идей в России в начале XVIII в.

Первая четверть XVIII в. ознаменовалась для российской истории петровскими преобразованиями, затрагивающими все сферы жизни общества. Изменениям подверглись взаимоотношения государства и церкви, российская модель самодержавия, способы отправления власти в обществе и мн. др. [5, c. 164]. Именно в период петровских реформ начала формироваться новая экономическая наука, имевшая направленность на практическую реализацию поставленных государством экономических целей и задач [6, c. 3-14]. На рубеже XVII-XVIII вв. Россия активно перенимала многие европейские ценности, а вместе с ними и черты европейской модели государственного управления.

Разрыв со многими традиционными социально-политическими институтами и нормами и масштабная европеизация общества не могли не сказаться на трансформации идейных представлений об эффективной системе государственного управления. Помимо этого, социально-экономическое развитие России в период Петровских реформ отличалось преобладанием натурального хозяйства над товарным, что являлось причиной неинтенсивного товарооборота со странами Западной Европы. Всё это и создавало благоприятствующие условия для зарождения камералистских идей. Одним из самых ярких идеологов эпохи Петра Первого, в трудах которого с наибольшей точностью прослеживается камералистская направленность авторских размышлений, был Иван Тихонович Посошков (1652-1726 гг.).

И.Т. Посошков отличается от ряда других общественных деятелей тем, что он был выходцем из небогатой семьи крестьянина-ремесленника, в которой его обучили грамоте. В начале своей карьеры он работал мастером при Московском монетном дворе, после чего имел честь познакомиться с Петром Первым, пригласившим его в свою «учёную дружину» [4, c. 390]. Знакомство с другими сподвижниками российского царя очень сильно повлияло на заинтересованность И.Т. Посошкова вопросами реформирования различных сторон жизни общества.

За свою жизнь И.Т. Посошков написал большое количество заметок и трактатов, в которых он и выразил свои мысли по поводу реформирования системы государственного управления в России. Самыми значительными из дошедших до нас являются: «Записка о ратном поведении», сочинение под названием «Зеркало, сиречь изъявление очевидное…», «Завещание отеческое», ну, и, конечно же, книга «О скудости и богатстве» [5, c. 199].

В этой книге российский мыслитель затронул обширный круг вопросов об определении положения сословий, организации экономики, правосудия, военного дела, просвещения и мн. др. При этом хотелось бы заметить, что главная цель написания книги состояла в «изъяснении, како бы истребити из народа неправду и неисправности, и како бы насадити прямую правду и во всякых делех исправление…» [2, c. 8]

В представленном исследовании я предлагаю обратиться к книге И.Т. Посошкова «О скудости и богатстве» как к произведению, которое содержит мысли и размышления, гармонично вписывающиеся в историю мировой политической мысли. Ведь идеи российского мыслителя во многом отражали не только социально-исторический контекст, в котором жил и творил сам И.Т. Посошков, но и воззрения зарубежных философов, встревоженных социально-экономическим развитием собственных государств. Именно поэтому я постараюсь посмотреть на «Книгу о скудости и богатстве» сквозь призму камералистского учения, обретшего популярность в Западной Европе на рубеже XVII-XVIII вв.

Камералистские принципы «устроения духовенства» в программе И.Т. Посошкова

В экономической науке под камерализмом принято понимать, в первую очередь, «совокупность практически ориентированных административных и экономических знаний по ведению государственного хозяйства» [1, c. 21].

Камералистские принципы построения системы государственного управления могут быть сведены к трём основным: стремлению к максимизации государственных доходов; к доминированию государственных интересов над интересами отдельных сословий и иных социальных групп; к правительственной регламентации всех сторон общественной жизни. Только при реализации каждого из этих принципов, по мнению камералистов, государство сможет достичь «общего блага». В чём же идеи И.Т. Посошкова близки к описанным камералистским постулатам?

Первую главу своей книги И.Т. Посошков посвящает духовенству. Несмотря на высокую оценку роли священства в жизни российского общества, мыслитель говорит о том, что большинство людей, имеющих церковный сан, оказывается не способным должным образом исполнять свои обязанности: «И от такова порядка у иных и грамота плоха…А буде которой и грамоте учился, а смыслу к рассуждению несть в нем…» [2, c. 15-16].

Для искоренения неправды из сословия духовенства И.Т. Посошков предлагает провести ряд реформ, созвучных представлениям камералистов. В первую очередь, «ради таковаго исправления его императорскому величеству надлежит постаратися о грамматике, чтоб принудить её выправить добрым расположением…» [2, c. 22-23] Иными словами, государю необходимо издать указ, в соответствии с которым в пресвитерианский чин могли быть посвящены только те, кто освоит школьный курс дисциплин. В добавок к этому, мыслителем подчёркнута значимость создания «просторных школ в каждой епархии», чтобы учить каждого пресвитера «книжному разумению» [2, c. 24-25]. Этот аспект «устроения правды» в рядах священства отражает камералистские представления о первостепенности образования для комплектования бюрократического (в данном случае – церковного) аппарата компетентными кадрами. Кроме того, И.Т. Посошковым предусмотрено массовое печатание книг вплоть до «тонкостного расположения, как коя служба или действо какое начать и как отправить и совершить» [2, c. 26]. То есть, для «насаждения правды» в священстве недостаточно открыть школы и на законодательном уровне обязать пресвитеров получать школьное образование – также необходимо регламентировать до мельчайших подробностей все церковные обряды и приставить к ученикам духовных наставников, «поучающих благочестию, благоверию, о том, как крепко в нём стоять…и иконы почитать» [2, c. 32-33].

Только лишь просвещенческой деятельностью регламентация духовной жизни в проекте И.Т. Посошкова не ограничивается. Мыслитель высказывается о необходимости искоренения среди церковников пьянства и хождения по кабакам при помощи наказаний и лишения пресвитерианского чина [2, c. 32]. Пожалуй, одно из самых ярких проявлений камералистских идей в работе И.Т. Посошкова содержится в следующих размышлениях: «Презвитеру не токмо земля пахать, но и торгом ему никаких не торговать, а мастерства ему художественнаго делать не надлежит…» [2, c. 35] Эти строки отвечают важнейшему камералистскому требованию к устройству общества – каждый занимается своим делом и не вмешивается в дела, которые ему не подведомственны. Идея о глубокой специализации труда «красной нитью» проходит как через работы немецких камералистов, так и через реформистскую программу И.Т. Посошкова.

Таким образом, «насаждение правды» в рядах священства, в соответствии с рассуждениями И.Т. Посошкова, сопряжено с имплементацией таких камералистских принципов организации церковной иерархии, как унификация профессиональной подготовки церковнослужителей, регламентация процедуры проведения церковных обрядов и специализация деятельности священства исключительно на божественной службе.

«Камеральная система» государственного управления и судопроизводства в программе реформ И.Т. Посошкова

Фундаментом государственного управления в России И.Т. Посошков считал «праведный суд» [2, c. 46]. В социально-политических представлениях российского мыслителя суд должен был занять центральное место в «камеральной системе государственного управления».

И.Т. Посошков писал: «…великий наш монарх повелит суд устроить един… А аще суд будет по нынешнему и разной, служивым особливой…да будут единой главной канторе подсудны и послушны, то может правда и уставитися» [2, c. 52]. Таким образом, отправление правосудия должно было базироваться на иерархической соподчинённости во главе с центральной конторой. Одновременно предполагалось обеспечить всестороннюю регламентацию деятельности каждой судебной инстанции. Среди основных инструментов усиления государственного контроля за отправлением правосудия можно выделить следующие: регулярный пересмотр всех колодников судьями и воеводами, ведение специальных росписей для судебных дел, тщательная регламентация порядка досмотра и судебного разбирательства [2, c. 59-60].

И.Т. Посошковым были глубоко продуманы и такие тонкости судопроизводства, как разбор челобитных, рамки дозволенного поведения истца и ответчика в суде, порядок допросов, процедура удаления посторонних из зала суда и мн. др. [2, c. 61-70] Для борьбы с разбоями планировалось учредить должности сотских, пятидесятских и десятских, которые бы следили за сохранением общественного порядка, оформляли бы отпускные письма при выезде подданных из города и вели специальные записные книги с данными о числе и характере совершённых преступлений [2, c. 152-163].

Помимо всего прочего, в своей книге И.Т. Посошков опередил ход исторического процесса на полвека, высказавшись о необходимости созыва специального сословно-представительного органа («комиссии») для разработки единой «судебной книги, в которой к руским разсуждением, прежним и нынешним, приложены будут и немецкие судебники, и кои статьи и из иноземских уставов будут к нашему правлению пригодны» [2, c. 81].

Все приведённые выше предложения И.Т. Посошкова по реформированию российской судебной системы «конденсируют» камералистские воззрения о значимости глубокой специализации канцелярского труда, единой бумажной отчётности и всеобъемлющей регламентации деятельности чиновников для достижения «общего блага» при помощи «часового механизма» государства.

Всесторонняя регламентация торговой деятельности в проекте преобразований И.Т. Посошкова

И.Т. Посошков большую часть своей жизни занимался предпринимательской деятельностью, что не могло оставить его равнодушным к реформированию экономической сферы жизни российского общества. По мнению мыслителя, «без купечества никаковое, не токмо великое, но ни малое царство стояти не может» [2, c. 113]. Как и в случаях с духовенством и военными, государству следует установить над купечеством «попечение» для «устроения правды». Эта опека подразумевает использование целого ряда инструментов государственного вмешательства во внутреннюю торговлю: учреждение должности сотского и пятидесятского для регулирования товарооборота и уровня цен, выдача сотским специальных инструкций, содержащих требования к исполнению служебных полномочий [2, c. 118-120].

Подлежала регламентации и внешнеторговая деятельность купечества: для ограничения торга с иноземцами предполагалось учредить должность «гражданского управителя», смотрящего за тем, «чтобы непотребнаго и непрочнаго ничего из-за моря и из-за рубежей в Русь не покупали» [2, c. 127]. Более того, каждому чину купеческого сословия следовало выглядеть в соответствии с требованиями, изложенными И.Т. Посошковым, для того «чтоб не то что от царедворцов или от салдат, но и между собою различие имети» [2, c. 128-129]. Помимо этого, российский мыслитель, исходя из камералистского принципа глубокой специализации труда, считал необходимым на законодательном уровне закрепить за купечеством монопольное право на занятие предпринимательской деятельностью [2, c. 115-116].

В свете рассмотрения идей И.Т. Посошкова об усилении государственной регламентации торговли необходимо сказать и о наличии в его книге ряда меркантилистских идей. Так, мыслитель признаёт, что русским купцам «подобает над ними [иностранцами – В.С.] господствовати, а ими [иностранцам – В.С.] рабствовати пред нами и во всем упадка пред нами держать, а не гордость» [2, c. 122]. Для установления рыночного превосходства отечественных торговцев над иностранными планируется повысить цены на ввозимую продукцию, усилить контроль над её качеством и обеспечить покупку только тех товаров, которые в России производятся в малом количестве. Отечественным же купцам полагается выделить из царской казны часть денежных средств на развитие разного рода промыслов [2, c. 122-123; c. 138].

Принимая в расчёт всё вышесказанное, я хотел бы отметить то, что проект И.Т. Посошкова об «устроении правды» в рядах купечества сочетает не только камералистские принципы специализации труда, усиления регламентации торговой деятельности и внедрения единой бумажной отчётности, но и меркантилистские представления о накоплении богатства в стране и поддержке отечественного производства.

В то же время, как отмечалось ранее, цель приложения всех камералистских рекомендаций к государственному управлению состоит в увеличении поступлений в казну, о чём также размышляет И.Т. Посошков в главе, посвящённой «царскому интересу». В дополнение к тому, что российский мыслитель закрепляет за «собиранием царской казны» [2, c. 200] приоритетное место в экономической политике государства, философ размышляет о наиболее эффективных способах увеличения царских доходов. Среди них я хотел бы выделить пять основных:

  • установление единого сбора со всех реализуемых на рынке товаров, дабы «избежать оскудения многих и нищеты…из-за разных зборов» [2, c. 210];
  • утверждение «единоравной и неизменной цены во всех городах» для предотвращения недобросовестной конкуренции [2, c. 227];
  • назначение бурмистров, контролирующих торговый оборот, из представителей средних слоёв общества для «устроения правды и искоренения корысти» [2, c. 220];
  • введение единой бумажной отчётности о перемещении товаров по территории России в виде «платёжных выписей» [2, c. 214] и «записных книг» [2, c. 231], составление которых стало бы одной из обязанностей бурмистров для отчётности перед Камер-коллегией.

Таким образом, за счёт комплекса всех описанных мер, по мнению И.Т. Посошкова, российское государство смогло бы увеличить поступления в царскую казну, что, в свою очередь, обеспечило бы достижение «общего блага» и приумножение национального богатства, к чему в своих размышлениях стремились все последователи камерализма и меркантилизма.

«Устроение правды» в крестьянской среде сообразно программе реформ И.Т. Посошкова

 «Крестьянское житие скудостно ни от чего иного, токмо от свое и лености, а потом от неразсмотрения правителей и от помещичья насилия и от небрежения их», - так начинает свои рассуждения о происхождении скудости в крестьянской среде И.Т. Посошков [2, c. 168]. Государственное «попечение» над крестьянством должно выстраиваться на камералистских принципах, схожих с теми, что были прослежены ранее: на регламентации их взаимоотношений с помещиками и на развитии в процессе обучения навыков и способностей для последующей рабочей деятельности.

«Устроение правды» в крестьянской среде на основе всесторонней регламентации их деятельности лучше всего прослеживается в размышлениях И.Т. Посошкова об издании царём специального указа, который бы урегулировал взаимоотношения между крестьянами и помещиками «во избежание многочисленных бесчинств» со стороны последних [2, c. 178]. В этом указе были бы освещены размер уплачиваемого оброка, продолжительность барщины, условия зимней работы по найму, возможность обращения крестьян в суд в случае возникновения угрозы их интересам[1]. Такая антидворянская направленность рассуждений мыслителя во многом определяется тем, что И.Т. Посошков считал помещиков лишь временными владельцами крестьян – верховным же их собственником являлся государь.

Как и в отношении первого и второго сословий, в проекте реформ И.Т. Посошкова предполагалось сделать обучение грамоте обязательным для каждого крестьянина [2, c. 171]. В этой идее содержится ключевой «камералистский задел»: получение школьного образования не только позволит крестьянам успешно выполнять свои обязанности перед помещиками, но и откроет для крестьян возможность заниматься государственными делами. Иными словами, суждение мыслителя о введении обязательного обучения грамоте отчасти отвечает камералистским представлениям об использовании образования в качестве инструмента формирования компетентной бюрократии.

Итак, по мнению И.Т. Посошкова, крестьянство нуждается в государственной «опеке» так же сильно, как и другие сословия российского общества. «Устроение правды» в крестьянской среде должно соответствовать важнейшей камералистской максиме: «Не терять времени даром и регулярно выполнять свои обязанности». Реализация этого правила возможна только при условии установления жёстких требований о получении школьного образования крестьянами и при детальной регламентации круга их обязанностей в отношении помещиков.

«Самобытность» камералистских идей И.Т. Посошкова

Несмотря на тот факт, что большинство из социально-экономических и политических реформ И.Т. Посошкова сочетают в себе камералистские и меркантилистские «рецепты» конструирования системы государственного управления, размышления российского мыслителя не лишены оригинальности. Так, в отличие от многих европейских камералистов и меркантилистов, И.Т. Посошков уделяет особое внимание фигуре монарха в структуре «властеотношений». Именно государю принадлежит роль «генерального контролёра», указы которого должны служить стимулом к «активации всей государственной машины», работающей во имя достижения «общего блага». Только воля монарха господствует на территории России – подданные же обладают лишь частицей этой воли, а крепостные, в свою очередь, и вовсе составляют предмет царской собственности [2, c. 124; c. 178]. Таким образом, работа всех государственных органов и учреждений, устроенных по коллегиальному типу, зиждется на воле монарха и его дозволении.

Помимо всего прочего, от идей европейских мыслителей И.Т. Посошков отходит и в понимании «национального богатства». «Понеже не то царственное богатство, еже в царской казне лежащие казны много…то самое царственное богатство, еже бы весь народ по мерностям своим богат был самыми домовыми внутренними своими богатствы…» – так определяет богатство российский мыслитель, включая в него не только драгоценные металлы, но и нравственные устои, верования и убеждения [2, c. 10]. И.Т. Посошков призывает с особой заботой относиться и к природному богатству: контролировать бессистемную вырубку лесов, регулировать рыбную ловлю, охоту и др. [2, c. 172-175]

Итак, с опорой на всё вышесказанное, я могу охарактеризовать И.Т. Посошкова как «самобытного камералиста», являющегося поборником монархической власти и сторонником всеобъемлющей регламентации общественной жизни, нацеленной на приумножение национального богатства страны.

Заключение

Экономико-управленческое учение камералистов возникло в Западной Европе во II половине XVII в. в виде практически ориентированных рекомендаций по преодолению кризисных послевоенных тенденций за счёт трёх ключевых инструментов: максимизации государственных доходов, правительственной регламентации жизни общества и формирования компетентной бюрократии.

Инновационные идеи о создании «полицейского государства» для достижения «общего блага», созвучные воззрениям немецких камералистов, начали проникать в нашу страну на рубеже XVII-XVIII вв., что было обусловлено общим направлением развития Российского царства и германских княжеств, в которых преобладало натуральное хозяйство. Мощнейшим же импульсом для трансформации социально-политической мысли России стали петровские преобразования, в результате которых происходило распространение европейских ценностей, а вкупе с ними в российскую систему управления начали имплементироваться черты европейской модели абсолютизма.

 Всё это и создало плодородную почву для зарождения камералистских идей в трудах отечественных мыслителей, одним из которых и был И.Т. Посошков, с наибольшей точностью изложивший свои предложения по реформированию системы государственного управления. В книге «О скудости и богатстве» мы находим качественное приложение учения камералистов к «устроению правды» во всех слоях общества, начиная с духовенства и заканчивая крестьянством. И.Т. Посошков полагает, что весь «государственный механизм» можно заставить работать на достижение «общего блага» только за счёт глубокой специализации труда, при которой каждому сословию будет отведено выполнение своей группы обязанностей, отличной от других. В свою очередь, всесторонняя регламентация общественной жизни, подкреплённая монаршей волей, станет, своего рода, «страховкой» для предотвращения малейшего отклонения «государственной машины» от траектории, ведущей к всеобщему благополучию.

Тем не менее, следует признать, что программа реформ И.Т. Посошкова содержит ряд оригинальных размышлений, выбивающихся из русла камералистской идейной направленности. Русский мыслитель отводит особую роль фигуре монарха в структуре «властеотношений», от воли которого зависит работа всех государственных органов и учреждений. Помимо этого, И.Т. Посошков включает в категорию «национального богатства» не только драгоценные металлы, как это делают меркантилисты, но и нравственные устои, «правду» и природные ресурсы России, за которыми, по его мнению, также необходимо установить государственное «попечительство».

Резюмируя изложенные умозаключения, я могу охарактеризовать идейную программу И.Т. Посошкова как памятник «самобытного камерализма» России первой четверти XVIII в. С одной стороны, философом высказываются мысли о необходимости всеобъемлющей регламентации общественной жизни, нацеленной на приумножение национального богатства страны, что созвучно воззрениям немецких камералистов. С другой же стороны, И.Т. Посошков, учитывая национально-культурные особенности развития российского общества, рассуждает о том, что именно государь является гарантом достижения «общего блага» и верховным хранителем всего материального и духовного богатства страны.

Список литературы

  1. Зубков К.И. Камерализм как модель взаимодействия государства и общества: новое прочтение // Уральский исторический вестник. 2013. №3(40). С. 20-29.
  2. Посошков И.Т. Книга о скудости и богатстве и другие сочинения. / Под ред. Б.Б. Кафенгауза. М.: Издательство Академии Наук СССР, 1951. – 413 с.
  3. Расков Д.Е. Камерализм книг: переводы Юсти в России XVIII века // Terra Economicus. 2019. №17(4). С. 62-79.
  4. Семигин Г.Ю. Антология мировой политической мысли. Том 3. Политическая мысль в России. X век - первая половина XIX в. М.: Мысль, 1997. – 795 с.
  5. Томсинов В.А. История русской политической и правовой мысли. X-XVIII века. М.: Издательство «Зерцало», 2003. – 256 с.
  6. Широкорад Л.Д. Влияние немецкой экономической науки на формирование политической экономии в России в XVIII-первой половине XIX в. // Вестник СПбГУ. Сер. 5. Вып. 3. 2004. №21. С. 3-14.
  7. Шумпетер Й.А. История экономического анализа: в 3 т. Том 1. СПб.: Экономическая школа, 2004. – 494 с.

Предоставляем бесплатную справку о публикации,  препринт статьи — сразу после оплаты.

Прием материалов
c по
Остался последний день
Размещение электронной версии
Загрузка материалов в elibrary