Подход «мягкой силы» в рамках концепции «операций, основанных на эффектах»

Подход «мягкой силы» в рамках концепции «операций, основанных на эффектах»

В статье проводится анализ подхода «мягкой силы» и концепции «операций, основанных на эффектах». Делается вывод о принципиальной возможности реализации подхода «мягкой силы» в рамках концепции «операции, основанной на эффектах».

Авторы публикации

Рубрика

Политология

Журнал

Журнал «Научный лидер» выпуск # 21 (23), июль ‘21

Поделиться

К настоящему времени происходит глобализация экономических, социальных и культурных процессов, которые до этого протекали внутри какой-либо одной страны, или охватывали группу стран. Наблюдается стирание национальных границ, формирование глобальных информационных структур, доступ к которым зачастую слабо контролируется или не контролируется вовсе со стороны государства. Создаются предпосылки к либерализации экономических, социальных международных отношений. Все это создает благоприятную среду, через которую возможна коммуникация «всех со всеми». Такая среда, кроме прямого общения людей, может, быть использована и для распространения специально подготовленной информации, формирующей мнение людей и их возможные действия.

С другой стороны, в современной мировой политике все большее место занимают несиловые способы воздействия. Роль таких несиловых методов, по нашему мнению, будет увеличиваться. Этому способствует расширение арсенала доступных средств влияния непосредственно на акторов политического процесса, проницаемость государственных границ для таких средств (в том числе по причине глобального распространения информационных технологий, появления Интернета, и на его основе социальных сетей), повышением возможного обоюдного урона, возникающего при использовании традиционных средств силового противоборства, а так же увеличению ценности человеческой жизни.

Вместе с этим изменяются и традиционные способы ведения военных действий. Так, например, уже более четверти века, начиная с 1991 года с операции «Бури в пустыне», находит практическое применение концепция, которая получила название «операции, основанной на эффектах» (ООЭ). Вот одно из определений этой концепции: «ООЭ исходит из того, что при планировании и проведении военных операций и кампаний необходимо фокусироваться скорее на оказании влияния на поведение противника, нежели только разгроме его вооруженных сил. Какие последствия и эффекты окажут наши действия и шаги на противника, союзников и нейтральных наблюдателей? Как они воспримут те или иные шаги не только на военной, но и других аренах. Такая постановка проблемы требует от военного руководства чего-то большего, чем победы в ходе военной операции. В концепции ООЭ военная кампания и физический разгром противника становятся только одним из возможных методов и инструментов достижения цели любой войны – принудить противника следовать определенному курсу действий в рамках реализуемой нами политики» [Edward A. Smith 2009. С.103-104].

По нашему мнению, ключевыми моментами такого подхода является: не разгром вооруженных сил противника, а оказание влияния на его поведение, которое выгодно одной из сторон. Рассмотрим в данном исследовании, как в рамках ООЭ может быть использован подход «мягкой силы».

Определение подхода «мягкой силы»

Рассмотрим вначале основные характерные черты, которые могут быть объединены в рамках подхода «мягкой силы». Первый раз термин «Мягкая сила» в смысле оказания воздействия на политических противников был предложен профессором Гарвардского университета США Джозефом Найем в 1990 году в труде «Мягкая сила: средства достижения успеха в мировой политике» [Nye Josephs 2004. С.10]. Най дает определение «мягкая сила» (soft power) путем рассмотрения двух противоположных по смыслу способов действия. Автор полагает, что «мягкая сила», - способ достичь такого желаемого поведения оппонента, при котором он сам примет желаемое нам поведение как «свой свободный выбор, не навязанный со стороны», в отличие от второго способа воздействия - «жесткой силой» (hard power), когда его целевое поведение достигается путем принуждения или подкупа.

Более подробно термин «мягкая сила», был рассмотрен Наем в работе «Soft Power: The Means to Success in World Politics» [Там же] в которой были выявлены следующие определяющие свойства подхода «мягкой силы»:

- целевое изменение поведения противоположной стороны на основе добровольного участия;

- реализация возможности влияния на поведения оппонента путем использования привлекательных политических имиджей и культурных ценностей;

- в рамках международных отношений возможность реализации «мягкой силы» возникает, когда один из субъектов отношений обладает привлекательной культурой, политическими идеалами для граждан другой страны.

Одним из возможных исторических примеров реализации такого подхода может быть приведен - план Маршалла. При его реализации «европейцы с радостью приняли американское лидерство» [Най Дж 2004. С.34].

В других источника, например в книге «Soft power: теория, ресурсы, дискурс» [Мягкая сила…2015. С.7] приводится такое определение «мягкой силы»: «Мягкая сила» – это власть, которая реализуется в форме определенного коммуникативного воздействия, в процессе которого диктуемое поведение воспринимается реципиентом как собственный свободный и добровольный выбор, приносящий, к тому же, подвластному субъекту радость и удовольствие».

Там же коллектив авторов в сборнике «Soft power: теория, ресурсы, дискурс» приводит разные смысловые значения употребления термина «мягкая сила» [Там же. С.11].

«Концепт «мягкая сила» активно используется исследователями в следующих смыслах:

- возможность государства к политической мобилизации внутри страны и вовне (определение указывает на частный случай возможности использования «мягкой силы»);

- оказание воздействия на людей при помощи «символических ресурсов» (определение указывает на частный случай ресурсов);

- способность заставить людей любить вас (слишком абстрактное определение);

 - «воздействие на мир при помощи цивилизационной и гуманитарно-культурной деятельности» (определение «мягкая сила» как процесса, что не позволяет ее измерить);

- комплексный инструментарий для решения внешнеполитических задач (определение через инструменты, а не выявление сути).»

О. В. Русакова в статье «Концепт «Мягкой» силы (soft power) в современной политической философии // Научный ежегодник ИФиП УрО РАН. 2010. №10. С.173-192» отмечает: «Сила «мягкой» власти (soft power), напротив, действует таким образом, что субъект свободно и добровольно ей подчиняется, воспринимает ее предписания как результат своего самостоятельного выбора. «Мягкая» властная сила достигает своих стратегических целей, не прибегая к внешнему материализованному насилию. Ее инструментами влияния выступают интеллектуальные паттерны, когнитивные соблазны, привлекательные идеи и символы, обольстительные визуальные и аудиальные образы» [Русакова 2010].

Русакова так же вслед за Хабермас отмечает такие свойства феномена «мягкой силы» как: «участники согласуют и координируют планы своих действий в целях достижения согласия и признания значимости позиций обеих сторон» [Хабермас 2006] и  «равноправное участие сторон в предприятии, основанном на сотрудничестве и согласовании интересов. При этом коммуникация осуществляется в форме особого рода переговорного процесса, в основе которого лежит принцип достижения консенсуса. Достижение консенсуса, по Хабермасу, является дискурсным выражением одновременно и справедливости, и согласия.» [Хабермас 2001. С 101]

В. Н. Бадмаев и З. А. Хутыз замечают:  «Мягкая сила» – это совокупность гуманитарных ресурсов страны (государства), которые можно реализовать при помощи набора определённых технологий. Признание «мягкой силы» как совокупности гуманитарных ресурсов принципиально важно, так как это означает, что данный ресурс можно приобретать, накапливать и расширять. [В. Н. Бадмаев и З. А.  2016. С 97]

Таким образом, на основе анализа рассмотренных выше работ мы можем сформулировать следующие основные особенности подхода «мягкой силы»:

- наличие как минимум двух субъектов;

- несиловой характер взаимодействия;

- изменения целей деятельности субъектов;

- «сотрудничество и согласование интересов»;

- деятельность субъектов ими воспринимается как «свободный и добровольный выбор, приносящий радость и удовольствие».

 

Концепция «операции на основе эффектов»

Концепция ведения войны, получившая название «операции на основе эффектов», была сформирована и в первый раз применена в 1991 году во время войны в Ираке и проведения операции «Буря в пустыне».

Рассмотрим некоторые особенности этой операции. Её длительность составила чуть менее полутора месяцев (более точно один месяц и десять дней). При этом, из всей длительности операции применение сухопутных войск заняло несущественную часть - четыре дня или около 10%. Такое короткое относительно всей операции применение сухопутных войск могло бы показаться естественным, если бы военные ресурсы, которыми располагал Саддам Хусейн, были незначительными. Но это не верно. Аргументом, подтверждающим высокий военный потенциал Ирака в 1991 году, является, например то, что некоторые политические круги США выражали до начал операции «Буря в пустыне» скепсис в отношении ее успеха, в том числе по причине высокого военного потенциала Ирака.

Быстрый результат, достигнутый в результате применения сухопутных сил, может быть объяснен не только применением известных технических средств, в том числе высокоточного оружия, но и в большей мере порядком применения всех доступных средств. Другой особенностью операции «Буря в пустыне» являлось достижение не только целей доминирования в Персидском заливе, но и успешная попытка убедить весь мир в непобедимости США и превосходстве ее техники над техникой СССР, что достигалось путем освещения военных действий в СМИ с точки зрения, выгодной США.

Существенной заслугой в успехе  операции «Буря в пустыне» является использование концепции «операций на основе эффектов» (Effect-based Operations). Рассмотрим концепцию «операций, основанных на эффектах»  (ООЭ) подробнее. Основоположником ООЭ был полковник ВВС США Джон Уорден. Он предложил рассматривать современное государство, как единую структуру, которую можно графически изобразить в виде пяти концентрических колец. (Рисунок 1) [Mann 1995. С.35-36].

 

 

Рисунок 1. Современное государство, как единая структура

 

Центральное место в этой структуре занимают лица, принимающие решение. Это национальные лидеры, руководители государства. Они являются наиболее важными структурными элементами современного политического образования. Это центральное кольцо, по мнению автора, защищено четырьмя другими составными частями. Вторым кольцом является производящие элементы экономического потенциала страны: крупнейшие узлы энергетической инфраструктуры, наиболее важные предприятия промышленности (военной и гражданской). Логистическая система государства, без которой нормальное функционирование второго кольца невозможно, объединены в третьем кольце. Примером элементов третьего кольца могут быть линии электропередач, трубопроводы, важнейшие автомобильные и железные дороги, крупнейшие морские и речные порты. Население страны сосредоточено в четвертом кольце. Пятое кольцо включает в себя вооруженные силы моделируемой страны. Такая модель противоборствующей страны в специализированном издании ВВС США Airpower Journal за 1995 г. была названа - «Враг как система».

Целью использования военной силы, по мнению Джона Уордена, является «стратегический паралич»: «На стратегическом уровне мы достигнем наших целей, вызывая изменения в одной или более частях физической системы противника, так что противник будет вынужден адаптироваться к нашим целям, или физически не позволить ему выступить против нас. Мы назовем это стратегическим параличом. Какие части системы врага мы будем атаковать (с применением различных видов оружия от взрывчатых веществ до компьютерных вирусов) будет зависеть от того, чего мы хотим достичь, сколько времени враг хочет противостоять нам, какие у него возможности, и каковы наши физические, моральные и политические усилия». [Warden 1995. С 42-43]

Далее Джон Уорден замечает, что в каждом кольце может быть несколько «центров тяжести» - кластеров, функционирование которых является критически важным для всего кольца в целом. Целью военного воздействия является выведение или «корректировка функционирования» существенной части таких центров, без которых нормальное существование противоборствующей стороны не возможно.

«Концепция центров тяжести проста, но в исполнении затруднена из-за вероятности того, что в любой момент будет существовать несколько центров, и каждый центр будет иметь какое-то влияние на другие. Также важно отметить, что центры тяжести в некоторых случаях могут быть только косвенно связаны с возможностью противника проводить военные операции. Например, стратегический центр тяжести почти всех аграрных государств после завершения аграрной эры является системой генерации энергии. Без электроэнергии производство товаров гражданского и военного назначения, распределение продовольствия и других предметов первой необходимости, связь, и жизнь в целом становится труднее, если не невозможна... Даже если они не запросят мира, их электроэнергетические потери будут иметь разрушительное воздействие на их стратегическую основу, которая, в свою очередь, сделает ведение войны чрезвычайно трудным, особенно если энергосистемы были уничтожены быстро, в течение нескольких дней. Кроме того, разрушение энергосистемы может иметь краткосрочный эффект на линию фронта». Джон Уорден отмечает, что пять колец – это условность, т.к. «каждое государство и каждая военная организация будет иметь  уникальный набор уязвимых центров тяжести… Эти центры тяжести, которые также являются кольцами уязвимости, имеют абсолютно решающее значение для функционирования государства» [Там же. С 15].

Достижение цели военной операции тогда, по мнению Джона Уордена, заключается в оказании такого воздействия на «центр тяжести», при котором его функционирование будет осуществляться с характеристиками, не лучшими, чем заданные. В том числе, задачей вооруженного воздействия не является полное уничтожение вооруженных сил противоборствующей стороны, в рамках данной концепции необходимо найти те «центры тяжести» и их целевое состояние, при котором способность вооруженных сил одной из противоборствующей стороны, будет ниже заданного уровня.

В качестве оценки объема применения силы Уорден высказывает точку зрения о том, что любая страна среднего размера при поражении не более 500 ее объектов может быть полностью парализована.

«Подход, основанный на ООЭ, был реализован, например, в Югославии в 1999 году. Операция, основанная на эффектах была полностью принята на идеологическом и техническом уровнях военно-политическим руководством США, что подтверждается более поздними конфликтами с военным вмешательством США» [Zimm 2000. С.37].

Похожий подход используется и, например, в Batshcelet A. Effects-Based Operations: A New Operational Model? Сarlisle. Army War College Paper [Batshcelet 2005. С.2]. Там приводится такое определение Эффекта, данное объединенным командованием США (JFCOM): «физический, функциональный или психологический результат, событие или то, что является результатом конкретных военных и невоенных действий», а ООЭ – это «процесс, направленный на получение желаемых стратегических результатов». Целевое воздействие «может быть оказано на врага посредством синергетического, мультипликативного и кумулятивного применения полного спектра военных и невоенных возможностей на тактическом, оперативном и стратегическом уровнях». ООЭ включает «идентификацию и боевое столкновение с уязвимыми и сильными сторонами противника объединенным и целенаправленным способом, используя все доступные средства для достижения конкретных последствий в соответствии с намерением командира». Следует также заметить, что эффект, достигаемый в результате реализации этой концепции, может быть заметен не только как изменение функционирования «центров тяжести» в результате прямого воздействия, но и в виде «достижения желаемых результатов в будущем».

Отметим и такую точку зрения: «ООЭ обеспечивает командиров и планировщиков новыми возможностями для атаки на элементы воли противника, тем самым непосредственно избегая или, по крайней мере, снижая зависимость от чисто физических, разрушительных мер воздействия» [Cebrowski  2003. С.34].

Ряд авторов выделяют следующие основные свойства ООЭ:

- «важность соединения всех предпринимаемых действий и шагов (политических, дипломатических, экономических и военных) для достижения оперативных и стратегических результатов;

- непрерывность оценки производимых эффектов и, при необходимости, адаптация планов и действий к складывающейся боевой обстановке и реальности конфликта;

- необходимость обдумывания действий и операций не только в терминах эффектов первого, но также второго, третьего и n-го порядка;

- продумывание и оценка эффектов и их последствий на протяжении длительного периода времени» [Dennis 2009. С.6]

 

Человеческий фактор в рамках концепции «операций, базирующихся на эффектах»

Ряд авторов (например, Рачья Арзуманян) замечают, что «Военные технологии XXI века, в том числе и появление высокоточного оружия, повышение возможностей наблюдения и разведки на качественно новый уровень, создают предпосылки для получения качественного превосходства в точности, диапазоне, скорости и объеме применяемого огня. Это, в свою очередь, расширяет диапазон возможностей для более тонкой работы и воздействия уже на ментальную и психологическую реальность противника. Появляется возможность создания операционной среды, характеристикой которой становится вездесущее и непрерывное влияние на мышление и намерения противника, схожее с ролью гравитации в физической реальности» [Арзуманян 2009. С 109]. С точки зрения подхода «Мягкой силы», по нашему мнению, ключевыми факторами ООЭ являются: «появление возможностей для воздействия на ментальную и психологическую реальность противника», «появление среды, оказывающей вездесущее и непрерывное влияние на мышление и намерения противника».

Обратившись к представлению государства, как структуры, состоящей из пяти колец ООЭ, мы можем заметить, что во всех этих элементах находятся люди, воздействуя на которых путем реализации подхода «Мягкой силы», можно каждый из элементов разрушить или изменить его функционирование целевым способом. Изменение поведения людей может привести к изменению функционирования всего элемента структуры или «центра тяжести», в терминах концепции ООЭ. Причем для достижения целевого состояния можно обойтись и без прямого применения военной силы. Некоторые похожие черты можно выделить, например, и в событиях на Украине зимой 2014 года.

Выводы

В статье на основе анализа подхода «Мягкой силы», выявлены следующие основные свойства этого подхода:

- наличие как минимум двух субъектов;

- несиловой характер взаимодействия;

- изменения целей деятельности субъектов;

- «сотрудничество и согласование интересов»;

- деятельность субъектов ими воспринимается как «свободный и добровольный выбор, приносящий радость и удовольствие».

В результате анализа концепции ООЭ выявлены следующие ключевые особенности:

- представление противника в виде системы, состоящей из 5 элементов (кругов);

- воздействие на элементы структуры противника не только силовым путем;

- подверженность каждого из элементов структуры противника «ментальному или психологическому» воздействию.

Эти свойства позволяют сделать вывод о принципиальной возможности реализации подхода «мягкой силы» в рамках концепции ООЭ. Причем, в связи с распространением Интернета, а так же активности граждан противоборствующих стран в Интернете и возможности воздействовать на граждан непосредственно, практическая реализация такого подхода может быть вполне осуществимой. Некоторыми возможными этапами такого применения подхода «Мягкой силы» могут быть:

- определение целевого состояния каждого из элементов противоборствующей стороны («пяти кругов»);

- идентификация «центров тяжести» каждого из элементов, определенных на предыдущем шаге;

- выявление ключевых лиц, в каждом из «центров тяжести»;

- изменение целей деятельности таких лиц, которое бы ими воспринималось как «свободный и добровольный выбор, приносящий радость и удовольствие»;

- оценка достижения целевого состояния каждого из элементов противоборствующей стороны;

- принятие решения о целесообразности дальнейших мероприятий, начиная с шага «идентификации центров тяжести» необходимости повторение шагов, начиная со второго.

Список литературы

  1. Арзуманян Р. Концепция операций, базирующихся на достижении эффектов // 21-й век. 2010. №1 (13). С.71-116
  2. Бадмаев В.Н. Хутыз З. А. Модель «Мягкой силы» и интеграционные процессы на постсоветском пространстве // Вестник Майкопского государственного технологического университета. 2016. №2. С.94-99.
  3. Мягкая сила: теория, ресурсы, дискурс / под ред. О. Ф. Русаковой. – Екатеринбург: Издательский Дом «Дискурс-Пи», 2015. – 376 с.
  4. Най Дж. «Мягкая» сила и американо-европейские отношения // Свободная мысль – XXI. 2004. № 10. С. 34, 35.
  5. Nye Josephs. Soft Power: The Means to Success in World Politics. 2004, p. 10.
  6. Русакова О. Ф. Концепт «Мягкой» силы (soft power) в современной политической философии // Научный ежегодник ИФиП УрО РАН. 2010. №10. С.173-192
  7. Хабермас Ю. Вовлечение Другого. Очерки политической теории. СПб.: Наука, 2001. – 417 с.
  8. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие / Пер. с нем. Под ред. Д.В. Скляднева. Изд. 2-е, стереотипное. СПб.: Наука, 2006. – 384 с. страницы 91-93
  9. Batshcelet A. Effects-Based Operations: A New Operational Model? Сarlisle. Army War College Paper. 2002, p. 36
  10. Cebrowski А. Military Transformation Strategic Approach. Office of Force Transformation. Washington, DC. December 2003. P.34
  11. Dennis J. Gleeson et al., New Perspectives on Effects-Based Operations: Annotated Briefing, Alexandria, VA: Joint Advanced Warfighting Program, Institute for Defense Analyses, 2001. 29 may 2009. www.dtic.mil/get-tr-doc/pdf?AD=ADA395129 p. 61
  12. Edward A. Smith, Effects Based Operations: Applying Network-centric Warfare in Peace, Crisis, and War. Washington, DC: DoD Command and Control Research Program (CCRP) Publication Series, 2002. 29 may 2009. http://www.dodccrp.org/files/Smith_EBO.pdf. 103-104.
  13. Mann III E. Thunder and lightning: Desert Storm and the Airpower Debates.//Air University Press. Maxwell AFB, Ala., 1995. – 219 с.
  14. Warden J. The Enemy as a System. Airpower Journal, Spring 1995. P. 105
  15. Zimm A. Desert Storm, Kosovo and “Doctrinal Schizophrenia”.//Strategic Review, Winter 2000. P. 69

Предоставляем бесплатную справку о публикации,  препринт статьи — сразу после оплаты.

Прием материалов
c по
Осталось 4 дня до окончания
Размещение электронной версии
Загрузка материалов в elibrary