ВВЕДЕНИЕ
Кадровый дефицит ограничивает возможность компенсировать снижение трудовой результативности расширением найма. Поэтому для предприятий возрастает значение сохранения устойчивой работоспособности уже занятого персонала и повышения эффективности использования трудовых ресурсов. Современные российские исследования связывают кадровые ограничения с необходимостью роста производительности, совершенствования процессов и поиска баланса между инвестициями в человеческий капитал и технологическое развитие [1–4].
Для промышленного предприятия производительность определяется не только объемом выпуска, но и трудоемкостью, качеством, ритмичностью, количеством повторных операций и потерями рабочего времени. Постоянная компенсация нехватки работников увеличением интенсивности труда способна повышать краткосрочный выпуск, одновременно создавая риск истощения и снижения устойчивости результатов.
Цель исследования — обосновать профилактику профессионального выгорания как инструмент сохранения и повышения производительности труда персонала в условиях кадрового дефицита и разработать комплекс профилактических мероприятий для предприятия оборонно-промышленного комплекса. Эмпирическую основу составили обезличенные результаты обследования 120 работников АО «ИЭМЗ «Купол». Применялись описательная статистика, группировка, сравнительный анализ и структурно-функциональное моделирование. Производственные показатели рассматриваются как контур последующей оценки разработанной модели; индивидуально сопоставленные данные о выработке работников в исходной выборке отсутствуют.
ПРОФИЛАКТИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ В СИСТЕМЕ УПРАВЛЕНИЯ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬЮ ТРУДА
Повышение производительности в трудодефицитной среде требует сочетания организационных изменений, развития компетенций и рационального использования кадрового потенциала [1; 2]. При этом рост нагрузки не тождествен росту производительности: устойчивый результат предполагает сохранение способности работника выполнять требования без накопления критического истощения.
Профессиональное выгорание является одним из механизмов, через которые длительные рабочие требования могут трансформироваться в потери результативности. Метаанализ А. Корбяну, Д. Илиеску, А. Иона и Р. Спину, включивший 45 исследований, выявил отрицательные связи результативности труда с эмоциональным истощением, деперсонализацией и профессиональной неэффективностью [6]. Теория рабочих требований и ресурсов также связывает высокие требования с истощением, а доступность ресурсов — с сохранением вовлеченности и результативности [9].
Для производственного контекста показательны результаты Л. Ци, М. Шу, Ю. Лю и Л. Ян, полученные на выборке 780 работников производственных линий: социальная поддержка и психологическое расширение возможностей выступали ресурсами, связанными с меньшей выраженностью профессионального выгорания [8]. Исследование Дж. Новака и соавторов на производственном предприятии показывает, что презентеизм связан с потерями продуктивного рабочего времени, поэтому формальное присутствие работника на рабочем месте не гарантирует сохранения производительности труда [10].
Таблица 1.
Распределение обследованных работников АО «ИЭМЗ «Купол»
по наличию высокого уровня профессионального выгорания
|
Уровень профессионального выгорания |
Численность, чел. |
Доля, % |
|
Высокий |
41 |
34,2 |
|
Низкий и средний совокупно |
79 |
65,8 |
Высокий уровень профессионального выгорания выявлен у 41 работника, или 34,2% выборки (таблица 1). Это не означает автоматически установленного снижения выработки на определенный процент, однако масштаб группы делает профилактику значимой задачей управления производительностью. Научные данные позволяют ожидать, что наиболее вероятными каналами потерь будут снижение устойчивости внимания, дистанцирование от работы, профессиональная неэффективность, презентеизм и рост потребности в восстановлении [6; 8; 10].
Для практической работы предлагается связывать диагностику выгорания с производственными индикаторами: выработкой на работника или человеко-час, трудоемкостью, сверхурочной нагрузкой, качеством, повторными операциями и потерями рабочего времени. Такой подход позволяет отличать устойчивое повышение производительности от краткосрочной интенсификации.
Таблица 2.
Программа профилактики профессионального выгорания,
ориентированная на сохранение производительности труда
|
Уровень |
Целевая группа |
Мероприятия |
Показатели контроля |
|
I. Первичный |
Весь персонал |
Контроль перегрузки и сверхурочных; ясность приоритетов; планирование восстановления; обучение руководителей |
Выработка; трудоемкость; сверхурочные; доля высокого выгорания |
|
II. Выборочный |
Работники с неблагоприятной динамикой |
Анализ причин; перераспределение нагрузки; корректировка задач; повторная диагностика |
Качество; ошибки; отсутствия; динамика выгорания |
|
III. Целевой |
Работники с высоким выгоранием |
Индивидуальный план; изменение организационных факторов риска; поддержка руководителя и кадровой службы |
Продуктивное время; повторные операции; индивидуальная динамика результативности |
Предложенная в таблице 2 система предполагает переход от единичных антистрессовых мероприятий к управляемому процессу. Первичный уровень направлен на предупреждение хронической перегрузки для всего персонала. Выборочный уровень применяется при сочетании ранних признаков истощения с ухудшением трудовых показателей. Целевой уровень предназначен для работников с высоким выгоранием; в исследуемой выборке это 41 человек.
Профилактика должна воздействовать не только на индивидуальную стрессоустойчивость, но и на организационные причины. Метаанализ И. Бес и соавторов показывает, что вмешательства, связанные с рабочей нагрузкой, графиком и участием работников в изменении условий труда, способны снижать истощение; комбинированные вмешательства демонстрировали более выраженный эффект [7]. Российские исследования также подтверждают необходимость комплексной профилактики с участием работодателя [5].
Для оценки программы предлагается использовать принцип «двойного результата»: одновременно фиксировать динамику выгорания и динамику производительности. Если выработка растет при росте сверхурочной нагрузки и выгорания, результат следует считать неустойчивым. Если снижение выгорания сопровождается стабилизацией качества, сокращением повторных операций и уменьшением потерь продуктивного времени, профилактическое воздействие получает экономическое обоснование.
АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ
Полученный эмпирический результат — 41 работник с высоким уровнем профессионального выгорания, или 34,2% обследованных, — указывает на значительный масштаб потенциального риска. В условиях кадрового дефицита ухудшение устойчивости трудовой отдачи такой группы нецелесообразно компенсировать дальнейшим ростом нагрузки на остальных работников, поскольку это способно расширять зону выгорания.
Метааналитические данные подтверждают отрицательную, хотя и не абсолютную, связь выгорания с результативностью [6]. Следовательно, уровень выгорания нельзя использовать как прямой эквивалент производительности или как основание для оценки работника. Его целесообразно применять как риск-индикатор совместно с фактическими показателями труда.
Для АО «ИЭМЗ «Купол» предлагается включить в последующую апробацию шесть групп показателей: долю высокого выгорания; выработку; трудоемкость; качество и повторные операции; сверхурочную нагрузку; потери продуктивного времени и отсутствия. Сопоставление следует проводить до внедрения профилактических мероприятий и после установленного периода реализации программы.
Наиболее важным объектом анализа является группа исходно высокого выгорания. Если после профилактики у части работников снижается выраженность выгорания и одновременно стабилизируются производственные показатели, это будет свидетельствовать о практической результативности модели. Продольный дизайн также позволит определить, какие меры — изменение нагрузки, графика, обратной связи или сочетание действий — дают наибольший эффект.
Ограничением исследования является отсутствие индивидуально сопоставленных данных о выгорании и производительности. Поэтому причинное повышение производительности на материалах текущей выборки не утверждается. Результатом настоящей работы является выявление значимой группы риска и разработка проверяемой профилактической модели, которая может быть интегрирована в систему управления производительностью предприятия.
ВЫВОДЫ
1. В условиях кадрового дефицита повышение производительности требует сохранения устойчивой работоспособности действующего персонала; постоянная интенсификация труда способна создавать обратный эффект через накопление истощения.
2. В выборке 120 работников АО «ИЭМЗ «Купол» высокий уровень профессионального выгорания выявлен у 41 человека (34,2%), что обосновывает необходимость системной профилактики.
3. Разработана трехуровневая программа профилактики, включающая общеорганизационные, выборочные и индивидуальные мероприятия. Ее результативность предлагается оценивать одновременно по динамике выгорания и производственным показателям.
4. Профилактика профессионального выгорания может рассматриваться как элемент управления производительностью, поскольку направлена на сохранение фактической трудовой отдачи имеющегося кадрового состава без опоры исключительно на увеличение численности.
5. Перспективой исследования является продольная апробация программы с индивидуальным сопоставлением выгорания, выработки, трудоемкости, качества, повторных операций и потерь рабочего времени.
Список литературы
- Кацаурова С. Ю., Егоров С. А., Карпачев Н. Д. Управление производительностью труда: необходимые ресурсы и эффективные решения (по данным опроса предприятий и организаций) // Экономика труда. 2024. Т. 11, № 11. С. 1811–1830. DOI 10.18334/et.11.11.121998. EDN ACPBOJ
- Макаров А. А., Хайруллина А. Д. Ограничения на рынке труда и экономический рост в Российской Федерации // Экономика труда. 2025. Т. 12, № 5. С. 617–638. DOI 10.18334/et.12.5.123128. EDN JVGIRJ
- Краковская И. Н. Кадровый голод – стимул к цифровой трансформации бизнеса? Инвестиционные решения с позиций управленческой экономики // Экономика труда. 2024. Т. 11, № 11. С. 1759–1774. DOI 10.18334/et.11.11.121986. EDN VXJDOG
- Коржова О. С., Стукен Т. Ю., Лапина Т. А., Коржов Е. В. Влияние цифровизации бизнес-процессов предприятий на производительность труда персонала и занятость населения в Российской Федерации // Экономика труда. 2023. Т. 10, № 1. С. 171–180. DOI 10.18334/et.10.1.116939. EDN DGGYVU
- Тарабан О. В., Седых О. Г. Синдром эмоционального выгорания у работников социальных учреждений: исследование, диагностика и пути профилактики // Экономика труда. 2025. Т. 12, № 12. С. 2083–2100. DOI 10.18334/et.12.12.124356. EDN QYSAOA
- Corbeanu A., Iliescu D., Ion A., Spinu R. The link between burnout and job performance: a meta-analysis // European Journal of Work and Organizational Psychology. 2023. Vol. 32, no. 4. P. 599–616. DOI 10.1080/1359432X.2023.2209320
- Bes I., Shoman Y., Al-Gobari M., Rousson V., Guseva Canu I. Organizational interventions and occupational burnout: a meta-analysis with focus on exhaustion // International Archives of Occupational and Environmental Health. 2023. Vol. 96, no. 9. P. 1211–1223. DOI 10.1007/s00420-023-02009-z
- Qi L., Shu M., Liu Y., Yang L. Breaking the burnout cycle: Association of dispositional mindfulness with production line workers' job burnout and the mediating role of social support and psychological empowerment // Heliyon. 2024. Vol. 10, no. 7. Article e29118. DOI 10.1016/j.heliyon.2024.e29118
- Bakker A. B., Demerouti E. Job demands–resources theory: Frequently asked questions // Journal of Occupational Health Psychology. 2024. Vol. 29, no. 3. P. 188–200. DOI 10.1037/ocp0000376
- Nowak J., Emmermacher A., Wendsche J., Döbler A.-S., Wegge J. Presenteeism and absenteeism in the manufacturing sector: A multilevel approach identifying underlying factors and relations to health // Current Psychology. 2023. Vol. 42. P. 18641–18659. DOI 10.1007/s12144-022-03013-1


