ПЕРЕДАЧА ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ ПРАВ НА РЕЗУЛЬТАТЫ ПРОЕКТНО-ИЗЫСКАТЕЛЬСКИХ РАБОТ: СПЕЦИФИКА ДОГОВОРНОЙ РАБОТЫ И ПРИЁМКИ ЦИФРОВЫХ ОБЪЕКТОВ

Введение

В современных инвестиционно‑строительных проектах результаты проектно-изыскательских работ (ПИР) всё чаще формируют в цифровой форме: BIM‑модели, цифровые двойники, комплекс баз данных по проектным решениям. При этом юридический статус таких объектов остаётся недостаточно урегулированным, а договорная практика — противоречивой. Все это приводит к высокому уровню правовых рисков: споры о праве заказчика на модификацию модели, о принадлежности прав на типовые узлы, о приоритете между 2D‑чертежами и 3D‑моделью, о распределении ответственности за коллизии.

Актуальность темы обусловлена сочетанием двух факторов: ростом доли нематериальных активов в стоимости проектно-изыскательских работ и ужесточением требований к прозрачности и качеству договорной работы, особенно в сфере госзакупок (44‑ФЗ, 223‑ФЗ) [4; 5]. Практическая значимость исследования состоит в том, что оно предлагает прикладные инструменты для снижения рисков: типовые формулировки условий договора и актов, подходы к фиксации параметров цифровых результатов и обоснованию стоимости работ.

Целью данной статьи является анализ специфики предпринимательских договоров по передаче и использованию исключительных прав применительно к результатам ПИР и дальнейшее предложение практических рекомендаций по структурированию договорных условий и документальному оформлению передачи прав на полученный результат интеллектуальной собственности.

Правовой статус результатов ПИР: двойственность и коллизии

С юридической точки зрения, результаты ПИР обладают двойной правовой природой: с одной стороны, это результат подрядного обязательства (ст. 758–762 ГК РФ) [1], с другой — объект интеллектуальной собственности (часть четвёртая ГК РФ) [2]. Эта двойственность порождает ряд коллизий.

Во‑первых, суды не признают автоматического перехода исключительных прав к заказчику только на основании факта оплаты работ по договору подряда. Согласно ст. 1233 ГК РФ, распоряжение исключительным правом возможно только на основании договора (отчуждение или лицензия), а ст. 1234–1235 ГК РФ устанавливают существенные условия таких договоров [2]. Отсутствие в договоре подряда условий о правах на результат работ приводит к правовой неопределённости и судебным спорам.

Во‑вторых, особый статус приобретают цифровые объекты — BIM‑модели. По своей структуре BIM‑модель является составным объектом: она может включать элементы программы для ЭВМ (ст. 1261 ГК РФ) и базы данных (ст. 1260 ГК РФ) [2]. При этом Градостроительный кодекс РФ оперирует понятием «проектная документация» как совокупности текстовых и графических материалов, не учитывая специфику цифровых моделей [3]. В результате возникает неопределённость: как юридически квалифицировать модель, какие именно правомочия передаются, как фиксировать качество и комплектность результата.

На практике это приводит к спорам о праве заказчика вносить изменения в модель без согласия подрядчика, о возможности передачи модели третьим лицам (субподрядчикам, эксплуатирующим организациям) и о распределении ответственности за ошибки в структуре 3D-модели.

Специфика цифровых объектов и критерии качества

Для минимизации рисков сторонам необходимо заранее согласовать критерии качества и комплектность цифрового результата. В строительной отрасли для этих целей применяются технические стандарты: СП 333.1325800.2017, серия ГОСТ Р 10.0.00‑202Х и др. [8; 9]. Они устанавливают уровни детализации (LOD), форматы файлов, требования к атрибутам и структуре 3D-модели. Зачастую и сами учреждения государственной экспертизы проектов в строительстве разрабатывают методические рекомендации для разработки информационных моделей объектов капитального строительства. Однако эти документы носят рекомендательный характер, и их нарушение не всегда влечёт гражданско‑правовую ответственность.

Поэтому важно включать ссылки на конкретные редакции стандартов в техническое задание и договор, придавая им обязательную силу для целей приёмки и ответственности. Кроме того, в договоре следует зафиксировать:

- требуемый уровень детализации модели (LOD 200, LOD 300, LOD 350 и т. д.);

- форматы файлов (IFC, RVT, DWG и др.) и версии ПО;

- регламент автоматизированной проверки на коллизии с матрицей их допустимости;

- приоритет между 2D‑документацией и 3D‑моделью при расхождениях;

- контрольные суммы файлов (хеш-суммы) для подтверждения неизменности результата;

- ключи доступа к облачным хранилищам и правила актуализации 3D‑модели.

Такой подход позволяет однозначно зафиксировать, что именно и в каком качестве передаётся заказчику, и служит основанием для предъявления претензий при выявлении недостатков.

Договорные условия: распределение прав и минимизация рисков

Для устранения правовой неопределённости в договоре подряда на ПИР необходимо отдельно регламентировать вопросы интеллектуальной собственности. Возможны три основные модели распределения прав:

1. Полная передача исключительного права заказчику. Оптимальна для уникальных объектов, где требуется максимальный контроль и свобода дальнейших действий.

2. Предоставление права использования в строго определённых пределах (ограниченная лицензия). Подходит для типовых проектов, когда подрядчик заинтересован в повторном применении своих решений.

3. Гибридный (смешанный) подход. Позволяет гибко распределить права на разные элементы результата: например, передать заказчику исключительные права на итоговую проектную документацию, сохранив за собой права на типовые узлы и шаблоны.

В договоре следует прямо указать:

- конкретный перечень передаваемых правомочий (воспроизведение, переработка, тиражирование);

- территориальные и временные рамки действия прав;

- ограничения на использование типовых решений и узлов;

- порядок и сроки регистрации перехода/предоставления прав (если применимо);

- гарантийные обязательства и распределение ответственности за программные баги и коллизии.

Особое внимание стоит уделить праву на переработку. Отсутствие прямого указания на такое право не даёт заказчику права вносить изменения в документацию без согласия подрядчика (разработчика). Судебная практика подтверждает, что любое использование результата работ, не предусмотренное договором, может быть квалифицировано как нарушение исключительных прав (например, дело № А71‑9876/2021 АС Удмуртской Республики) [11].

С учётом позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума от 23.04.2019 № 10, при квалификации смешанных договоров суды учитывают цель сделки, поведение сторон и экономический смысл, пресекая попытки «автоматически» вывести передачу прав из обычного строительного подряда [10].

Оформление актов приёма‑передачи: практические инструменты

Акт приёма‑передачи цифрового результата должен не только подтверждать факт передачи, но и документально фиксировать параметры результата и передаваемые права. По своей сути, это цифровой аналог дефектной ведомости на сложную технику.

Пример формулировки акта:

«Стороны подтверждают, что Подрядчик передал, а Заказчик принял результат работ по Договору № ХХХ от ДД.ММ.ГГГГ. в следующем составе:

- BIM‑модель объекта в формате IFC 4.0, уровень детализации LOD 350;

- контрольные суммы (хеши) файлов: SHA‑256: [значение];

- ключи доступа к облачному хранилищу (при наличии): [ссылка, логин, пароль];

- перечень передаваемых правомочий: право использования модели для целей строительства и эксплуатации объекта, без права передачи третьим лицам без письменного согласия Подрядчика;

- ограничения: запрет на модификацию модели без согласования с Подрядчиком, запрет на извлечение и использование типовых узлов в иных проектах.

Качество результата соответствует требованиям Технического задания (Приложение № 1 к Договору), LOD 350, формату IFC 4.0. Стороны претензий по объёму, составу и качеству переданного результата не имеют».

Такая детализация позволяет избежать споров о комплектности и качестве результата, а также служит доказательством в случае судебных разбирательств.

Формирование цены контракта и применение коэффициентов

Стоимость работ по созданию цифровых результатов должна учитывать не только затраты на проектирование, но и стоимость прав на использование результатов. Для обоснования цены целесообразно использовать справочники базовых цен на проектные работы, дополняя их коэффициентами, учитывающими специфику цифровых объектов:

- Коэффициент за срочность — стимулирует подрядчика к сокращению сроков проектирования.

- Коэффициент за сложность модели — напрямую коррелирует с требуемым уровнем LOD и плотностью атрибутивных данных.

- Коэффициент за уникальность решений — применяется в случаях, когда заказчик юридически блокирует проектировщику право повторного коммерческого использования удачных наработок (типовых узлов).

Это повышает прозрачность расчётов и снижает риски оспаривания цены, особенно в рамках закупочных процедур по 44‑ФЗ и 223‑ФЗ [4; 5]. Кроме того, в цену контракта можно включить стоимость регистрации прав (если это требуется по условиям договора) и затраты на актуализацию модели в процессе строительства.

Судебная практика и типичные риски.

Анализ практики показывает, что суды последовательно исходят из того, что любые специальные требования к результату работ (в том числе к цифровым моделям) должны быть прямо зафиксированы в договоре или ТЗ, иначе подрядчик не обязан их соблюдать, а заказчик не вправе ссылаться на несоответствие.

1. Если особые критерии качества не согласованы: подрядчик считается исполнившим обязательство при соответствии общим и «обычно предъявляемым» требованиям

Правовая основа. Качество работы по договору подряда определяется приоритетно условиями договора; при отсутствии/неполноте условий — требованиями, обычно предъявляемыми к работам соответствующего рода (п. 1 ст. 721 ГК РФ). Результат должен быть пригоден для установленного (а если не установлено — для обычного) использования.

Судебная практика (общий подход). Арбитражные суды последовательно применяют правило: при споре о качестве в предмет доказывания входит соответствие результата либо договору, либо «обычно предъявляемым требованиям»; отсутствие детальных спецификаций не делает работу автоматически некачественной, если она пригодна для обычного использования.

- В обзорах и путеводителях по ст. 721 ГК подчёркивается: «при отсутствии или неполноте условий договора — требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода», а также пригодность результата в момент передачи и в разумный срок.

- Практика подтверждает, что наличие устранимых недостатков само по себе не освобождает заказчика от оплаты, но даёт право на соразмерное уменьшение цены/устранение за счёт подрядчика — что косвенно фиксирует: работа считается выполненной, если соответствует базовым (обычным) критериям.

Применительно к BIM/проектным работам. Если в договоре не зафиксированы LOD, форматы, матрица коллизий, порядок верификации и т. п., суд будет оценивать результат по общим критериям пригодности проектной документации и обычным для таких работ требованиям, а не по внутренним стандартам заказчика, которые не стали условиями договора.

2. Отказ в безвозмездном устранении недостатков BIM‑модели, когда в договоре нет LOD, хеш‑сумм, порядка верификации; рекомендательные СП/ГОСТ не обязательны без включения в договор.

Правовая логика судов. Требования СП/ГОСТ носят обязательный характер только в той части, в которой они прямо введены в обязательное регулирование или включены в договор как условия о качестве/составе работ. Если договор не содержит отсылок к конкретным стандартам BIM (уровень детализации LOD, формат файлов, контрольные суммы, процедура верификации), суды не признают эти параметры автоматически обязательными для подрядчика.

Практика по BIM‑моделям. В спорах о составе и детализации BIM‑модели суды указывают: объём требований заказчик должен оговаривать заранее; сама по себе «цифровая модель» не подразумевает по умолчанию полного оформления проекта по всем ГОСТ, если это не прописано. В обзорах отмечается, что разное понимание сторонами состава BIM‑модели и уровня проработки ведёт к спорам, и суд оценивает, что именно было согласовано; при отсутствии согласования — применяются общие критерии, а не «внутренние» стандарты заказчика.

Дело, часто цитируемое в контексте BIM: АС г. Москвы, решение от 20.07.2018 по делу № А40‑48052/18 (оставлено в силе определением 9 ААС от 08.10.2018). Суд рассматривал спор о детализации BIM‑модели; стороны по‑разному трактовали состав обязательств подрядчика. В публикациях по этому делу подчёркивается: «понимание состава BIM‑модели может быть различным даже у сторон одного договора», и акцент делается на необходимости чёткой фиксации требований в договоре/ТЗ.

В более свежих материалах (2025–2026гг.) отмечается устойчивая тенденция: при отсутствии согласованных терминов и параметров BIM (LOD, верификация, форматы) суды не признают рекомендательные стандарты автоматически обязательными; объём требований должен быть оговорён заранее.

В итоге можно сделать вывод, что если заказчик требует безвозмездного устранения «недостатков» BIM‑модели, ссылаясь на отсутствие хеш‑сумм, LOD, процедур верификации, но договор не содержит этих параметров и не включает соответствующие СП/ГОСТ как обязательные, суд вправе отказать в таком требовании, квалифицируя модель как соответствующую общим и обычно предъявляемым требованиям к проектной/BIM‑работе.

3. Взыскание убытков за коллизии, выявленные на стройке, когда договором предусмотрена гарантия качества модели и обязанность проверки коллизий на этапе проектирования

Правовая основа. При наличии в договоре условий о гарантии качества результата и конкретных обязанностей подрядчика (в т. ч. проверка коллизий на этапе проектирования) ненадлежащее исполнение влечёт ответственность по ст. 723 ГК (безвозмездное устранение, уменьшение цены, возмещение расходов/убытков), а при существенных/неустранимых недостатках — также право заказчика на отказ от договора и взыскание убытков (п. 3 ст. 723 ГК).

Гарантия качества, если она предусмотрена, распространяется на всё, составляющее результат работы (ст. 722 ГК). При обнаружении недостатков в гарантийный срок подрядчик обязан устранить их либо возместить расходы заказчика на устранение.

Судебная практика подтверждает возможность взыскания с подрядчика расходов (в т. ч. «будущих»/предстоящих) на устранение дефектов, если недостатки доказаны и связаны с нарушением обязательств.

Применительно к коллизиям в BIM. Если в договоре прямо закреплена обязанность подрядчика проводить проверку на коллизии и гарантировать качество модели, а на стройке выявлены пересечения/конфликты, которые должны были быть обнаружены на этапе проектирования, суды квалифицируют это как недостатки результата работы, повлёкшие дополнительные расходы заказчика, и взыскивают убытки.

В описаниях судебных экспертиз по BIM прямо указывается на проверку «уровней детализации (LOD) и выявление возможных коллизий — пространственных пересечений элементов модели», что показывает: наличие/отсутствие коллизий и полнота матрицы коллизий становятся предметом доказывания и основанием для выводов о качестве.

В обзорах практики по строительному подряду подчёркивается: если подрядчик не устранил недостатки в гарантийный срок, он возмещает расходы заказчика на устранение; это типичная правовая конструкция для взыскания убытков из‑за дефектов, проявившихся на стройке.

Типичный исход при наличии гарантийной оговорки и обязанности по коллизиям. Суд взыскивает с подрядчика:

- расходы на устранение коллизий на стройке (демонтаж/переделку, простой, привлечение третьих лиц);

- при доказанности — также убытки, вызванные задержками и дополнительными работами, если они находятся в причинно‑следственной связи с недостатками модели.

Эти примеры подтверждают, что детальное согласование условий договора и документальное оформление передачи результата позволяют существенно снизить правовые риски сторон.

Заключение

Передача и использование интеллектуальных прав на результаты ПИР в строительной отрасли сопряжены с рядом правовых неопределённостей и рисков, обусловленных двойственной природой результатов работ и спецификой цифровых объектов. Для минимизации этих рисков сторонам необходимо:

- чётко разграничивать подрядные обязательства и обязательства по передаче прав на результаты работ;

- детально фиксировать в договоре критерии качества и комплектности цифрового результата;

- использовать типовые формулировки для актов приёма‑передачи, позволяющие однозначно подтвердить передачу результата и прав на него;

- обосновывать стоимость работ с учётом справочников базовых цен и коэффициентов, отражающих специфику цифровых объектов.

Предложенные в статье подходы позволяют повысить прозрачность и предсказуемость договорных отношений, снизить количество споров между заказчиками и подрядчиками, а также обеспечить соответствие закупочной документации требованиям действующего законодательства.