ЗАВЕЩАНИЕ В КОНТЕКСТЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ СДЕЛОК: ПРАВОВАЯ ПРИРОДА, ЭЛЕМЕНТЫ УСЛОВНОСТИ И АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ТОЛКОВАНИЯ

Наследственное право традиционно рассматривается как одна из наиболее стабильных подотраслей гражданского права. Вместе с тем именно здесь происходит столкновение публичных интересов государства с частной волей собственника. Ключевым инструментом реализации этой воли выступает завещание, гражданско-правовая природа которого продолжает оставаться предметом научных дискуссий.

Согласно легальной дефиниции, под наследованием понимается переход имущества умершего к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть как единое целое, в неизменном виде и в один и тот же момент. Правовой формой, опосредующей индивидуальное волеизъявление наследодателя, служит завещание. Пункт 5 ст. 1118 ГК РФ прямо указывает, что завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства. Для ее совершения необходимо и достаточно выражения воли одного лица — завещателя. Как справедливо отмечает Т. П. Великоклад, завещание как односторонняя сделка направлена на распределение имущества между лицами, названными наследниками, в порядке, который устанавливает исключительно сам завещатель [1].

Квалификация завещания в качестве односторонней сделки влечет принципиальные юридические последствия. Субъект, чья воля направлена на заключение такой сделки, обременяется обязательствами в любом случае, однако другие участники правоотношения могут не обременяться корреспондирующими обязанностями. Более того, закон предоставляет завещателю право в любой момент написать новое завещание, которое автоматически аннулирует предыдущее, при этом не требуется специально прописывать недействительность предшествующего распоряжения. Эта «автоматическая отмена» подчеркивает длящийся и волевой характер отношений, связанных с распоряжением имуществом на случай смерти.

Существенной спецификой обладает и субъектный состав анализируемой сделки. В доктрине отсутствует единство мнений относительно того, кто выступает сторонами завещания. Часть правоведов полагает, что субъектами являются наследодатель и наследник. Однако доминирующая точка зрения основывается на базовых постулатах теории права: умерший человек не может быть субъектом правоотношений, поскольку правоспособность прекращается смертью гражданина (п. 2 ст. 17 ГК РФ). Наследодателем может быть исключительно физическое лицо. Круг лиц, определяемых в роли наследников, очерчен ст. 1116 ГК РФ. К ним относятся граждане, находящиеся в живых в день открытия наследства, а также зачатые при жизни наследодателя и родившиеся живыми после открытия наследства. Характерной особенностью наследственных правоотношений выступает наличие уникального субъекта — зачатого при жизни наследодателя, но еще не родившегося наследника (насцитуруса).

К числу квалифицирующих признаков завещания относится принцип тайны. Будущий наследник не информируется о том, что он является выгодоприобретателем в данной сделке. Завещатель обладает абсолютной дискрецией решать, ознакомить ли заинтересованных лиц с содержанием завещания; до момента его смерти никто не вправе разглашать соответствующую информацию.

Фундаментальным свойством завещания выступает его отсроченный характер. Юридические последствия наступают исключительно после накопления сложного юридического состава — смерти завещателя и открытия наследства. В этой связи завещание обоснованно относят к категории срочных сделок, а профессор Ю. К. Толстой усматривает в нем и «известный элемент условности». Ученый пишет, что завещание выступает как первичный юридический факт, который в сочетании с открытием наследства приводит к возникновению наследственного правоотношения [4]. Данный тезис перекликается с положениями ст. 190 ГК РФ, в соответствии с которыми срок сделки может определяться указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. Смерть является событием неизбежным, что отличает завещание от классических условных сделок, где само наступление условия носит вероятностный характер.

Одной из ключевых новелл современного наследственного права стало введение института совместного завещания супругов. Известно, что так называемые совместные завещания исторически допускались законодательством Германии, Англии и США [5]. Россия длительное время придерживалась строго личного характера завещания. Однако Федеральным законом от 19 июля 2018 года № 217-ФЗ была утверждена новая редакция п. 4 ст. 1118 ГК РФ, легализовавшая возможность совершения завещания гражданами, состоящими между собой в браке. Данная конструкция представляет собой отступление от классического принципа односторонности.

Резюмируя изложенное, можно прийти к следующим выводам. Во-первых, завещание по своей правовой природе относится к односторонним личным сделкам, носящим отлагательный характер. Во-вторых, оно отвечает требованиям, установленным ГК РФ к сделкам, и может быть признано недействительным, однако не все общие основания недействительности к нему применимы. В-третьих, допустимо применение правил толкования сделок, совершаемых под отлагательным условием, к толкованию завещаний, являющихся единственным видом срочной сделки, позволяющей распорядиться имуществом на случай смерти. В-четвертых, для лиц, не обладающих полной дееспособностью, возможно только наследование по закону, что кардинально отличает завещание от сделки через представителя. Таким образом, завещание представляет собой уникальную гражданско-правовую конструкцию, сочетающую классические элементы сделки с особыми чертами, продиктованными социальной значимостью посмертного перехода имущества.