КОНКУРЕНЦИЯ ВИНДИКАЦИОННОГО И РЕСТИТУЦИОННОГО ИСКОВ: ПРОБЛЕМЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ СПОСОБОВ ЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ

Введение

Проблема соотношения виндикационного и реституционного исков относится к числу традиционных, но не утративших своей остроты вопросов российской цивилистики. Несмотря на длительную историю изучения данных институтов, единого подхода к их разграничению в доктрине не выработано.

Значительный вклад в исследование виндикации внёс Д.В. Лоренц, который в монографии «Виндикация: юридическая природа и проблемы реализации» последовательно обосновывает вещно-правовую природу данного иска и указывает, что «конкуренция возможна лишь в ограниченных случаях, преимущественно когда недействительная сделка привела к передаче вещи, и вещь находится у стороны сделки» [3, с. 84]. Иную, более категоричную позицию занимает К.И. Скловский, который в работе «Право собственности и владения: проблемы теории и практики» отрицает саму возможность конкуренции, поскольку, по его мнению, «эти иски имеют совершенно разные основания: виндикация защищает владение, а реституция - ликвидирует последствия недействительной сделки» [6, с. 55]. Компромиссную позицию предлагает В.В. Ершов, разработавший в монографии «Конкуренция гражданско-правовых исков» модель приоритетов, согласно которой «при недействительности сделки приоритет отдаётся реституции, а виндикация применяется субсидиарно» [2, с. 120].

Разнообразие доктринальных подходов дополняется противоречивостью правоприменительной практики. Показательным примером служит дело о возврате квартиры и денежных средств между Л.А. Долиной и П.А. Лурье, в котором нижестоящие суды применили одностороннюю реституцию, обязав покупательницу вернуть недвижимость без взыскания уплаченных денежных средств с продавца, что было признано Верховным Судом РФ существенным нарушением норм материального права [1].

Целью настоящей статьи является выявление критериев разграничения виндикационного и реституционного исков и формулирование предложений по совершенствованию законодательного регулирования данного вопроса. Методологическую основу составили сравнительно-правовой, формально-юридический методы и метод анализа судебной практики.

Правовая природа виндикации и реституции как предпосылка конкуренции.

Прежде чем переходить к анализу конкуренции, необходимо кратко охарактеризовать правовую природу каждого из рассматриваемых исков, поскольку именно различие в их природе одновременно и объясняет возможность конкуренции, и создаёт трудности при её разрешении.

Виндикационный иск, урегулированный статьями 301-303 Гражданского кодекса Российской Федерации, представляет собой классический вещно-правовой способ защиты, применяемый собственником (или иным титульным владельцем) для истребования индивидуально-определённой вещи из чужого незаконного владения [4]. Его отличительной чертой является то, что он не связан с наличием договорных отношений между истцом и ответчиком: собственник вправе виндицировать вещь у любого незаконного владельца независимо от того, состоял ли последний в каких-либо правоотношениях с истцом.

Реституционный иск, напротив, имеет обязательственно-правовую природу и предусмотрен статьёй 167 ГК РФ в качестве последствия недействительности сделки. Его применение ограничено кругом сторон недействительной сделки: реституция восстанавливает имущественное положение именно этих сторон, а не произвольных третьих лиц [4].

На первый взгляд, различие в правовой природе указанных исков должно исключать возможность их конкуренции. Однако на практике нередко возникают ситуации, когда одно и то же фактическое обстоятельство - передача вещи по недействительной сделке - порождает основания для предъявления обоих требований одновременно. Именно эта особенность и составляет ядро исследуемой проблемы.

Причины и формы конкуренции исков

Проведённый анализ позволяет выделить три типичные ситуации, в которых возникает вопрос о конкуренции виндикации и реституции.

Первая ситуация связана с случаями, когда вещь, переданная по недействительной сделке, продолжает находиться у стороны этой сделки. В такой ситуации формально применимы оба иска: реституция - поскольку сделка недействительна, виндикация - поскольку владение ответчика является незаконным. Большинство исследователей сходятся во мнении, что в данном случае приоритет должен отдаваться реституции как более специальному правовому механизму, полностью восстанавливающему первоначальное имущественное положение сторон [2, с. 120; 6, с. 60].

Вторая ситуация возникает, когда вещь, переданная по недействительной сделке, впоследствии была отчуждена третьему лицу. Здесь конкуренция приобретает более сложный характер, поскольку возврат вещи от третьего лица посредством реституции невозможен ввиду отсутствия между истцом и третьим лицом договорных отношений. В этом случае, на наш взгляд, единственно допустимым способом защиты является виндикация, при условии учёта правил о защите добросовестного приобретателя, предусмотренных статьёй 302 ГК РФ [4].

Третья, наиболее спорная ситуация связана с отчуждением вещи неуправомоченным лицом, то есть лицом, изначально не имевшим права на её отчуждение. А.А. Юзяк справедливо указывает, что «в подобных ситуациях виндикация является единственно допустимым способом защиты, поскольку реституция невозможна ввиду отсутствия сделки между собственником и незаконным отчуждателем» [7, с. 56]. Данный вывод, представляется нам вполне обоснованным, поскольку реституция по своей сути применима лишь к отношениям между сторонами конкретной сделки, а собственник в описанной ситуации стороной такой сделки не является.

Анализ судебной практики: дело Долиной - Лурье

Особый интерес для настоящего исследования представляет дело, рассмотренное Верховным Судом РФ по спору между Л.А. Долиной и П.А. Лурье, связанному с признанием недействительным договора купли-продажи квартиры [1]. Обстоятельства дела заключались в следующем: суды нижестоящих инстанций, удовлетворив требование о признании сделки недействительной, обязали покупательницу возвратить недвижимое имущество продавцу, однако не взыскали с продавца полученные по сделке денежные средства в размере 112 миллионов рублей.

Подобное решение представляет собой характерный пример применения так называемой «односторонней» реституции в ситуации, когда закон предполагает реституцию двустороннюю. Верховный Суд РФ, отменяя указанные акты, указал на обязательность взаимного возврата всего полученного по недействительной сделке обеими сторонами.

Данное дело показательно не столько с точки зрения конкуренции виндикации и реституции в чистом виде (поскольку виндикационное требование в рамках данного спора не заявлялось), сколько с точки зрения демонстрации общей проблемы: суды нередко применяют институт реституции механически, не проверяя полноту его реализации, что подрывает саму идею восстановления первоначального имущественного положения сторон. Изложенное подтверждает вывод К.Е. Довгань и соавторов о том, что «процессуальные аспекты применения реституции остаются недостаточно разработанными в правоприменительной практике» [5, с. 90].

Критерии разграничения виндикации и реституции: предложение автора

На основании проведённого анализа доктрины и судебной практики представляется возможным сформулировать следующую систему критериев разграничения виндикационного и реституционного исков, применимых при наличии формальных оснований для обоих требований.

Во-первых, определяющее значение имеет субъектный состав правоотношения: если ответчиком выступает сторона недействительной сделки, применяется реституция; если ответчиком является третье лицо, не участвовавшее в сделке, применяется виндикация.

Во-вторых, необходимо учитывать волю собственника на выбытие вещи из владения. Если вещь выбыла из владения собственника не по его воле (утеряна, похищена), то независимо от последующего совершения сделок с этой вещью правом на защиту выступает исключительно виндикация, а реституция к добросовестному конечному приобретателю неприменима, что соответствует разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25.

В-третьих, при разрешении конкуренции необходимо учитывать принцип недопустимости двойной защиты: истец не вправе получить одновременно и возврат вещи, и денежную компенсацию по обоим искам, если фактически восстанавливается одно и то же нарушенное право.

Изложенные критерии, на наш взгляд, целесообразно закрепить непосредственно в тексте Гражданского кодекса РФ, что позволит устранить неопределённость, существующую в настоящее время. Предлагается дополнить статью 167 ГК РФ пунктом следующего содержания: «Реституция не подлежит применению в отношении лица, не являющегося стороной недействительной сделки, если вещь выбыла из владения собственника помимо его воли. В указанном случае защита осуществляется посредством предъявления виндикационного иска с учётом правил статьи 302 настоящего Кодекса».

Подведем итоги.

Проведённое исследование позволяет сформулировать следующие итоговые положения. Конкуренция виндикационного и реституционного исков представляет собой объективное следствие пересечения оснований вещно-правовой и обязательственно-правовой защиты, возникающее преимущественно в трёх типичных ситуациях: при нахождении вещи у стороны недействительной сделки, при её последующем отчуждении третьему лицу и при отчуждении вещи неуправомоченным лицом. Анализ монографических источников показал отсутствие единого доктринального решения проблемы: от полного отрицания конкуренции (К.И. Скловский) до её признания с разработкой правил разрешения (В.В. Ершов), при этом промежуточную позицию занимает Д.В. Лоренц.

Изучение судебной практики, в том числе резонансного дела Л.А. Долиной и П.А. Лурье, продемонстрировало, что даже при отсутствии формальной конкуренции исков суды допускают существенные ошибки при реализации института реституции, что свидетельствует о необходимости более тщательной законодательной регламентации данного вопроса. Предложенное автором дополнение статьи 167 ГК РФ направлено на устранение выявленной правовой неопределённости и может служить основой для дальнейшего совершенствования гражданского законодательства в исследуемой сфере.