В Российской Федерации вектор современного образовательного развития целенаправленно сосредоточен на укреплении инклюзивных практик, соответствующих требованиям Федеральных государственных образовательных стандартов. Несмотря на значимость проектирования адаптированных учебных программ и создания специальных образовательных условий, практика показывает, что эти меры не обеспечивают достижения ключевой задачи инклюзивности — включенного, а не номинального, участия детей с ОВЗ в школьной общности и эмоционально насыщенной среде. Как подчёркивает Н.Н. Малофеев, особую тревогу вызывает феномен, характеризуемый как «инклюзия без принятия»: формальное вовлечение учащихся, не подкреплённое позитивным психологическим климатом, приводит к отчужденности, а не интеграции [1].
В процессе формирования столь важной среды решающее значение приобретает профессиональная деятельность социального педагога, именно он рассматривается как носитель компетентности в деле формирования ценностных оснований образовательной коммуникации. Специалисту отводится ведущая роль в развитии инклюзивной культуры коллектива, отражающейся в практиках эмпатии, взаимного уважения и включённости каждого учащегося в совместную деятельность. Динамика успешной социализации обучающихся с особенностями развития, равно как и развитие гуманистических ориентиров у нейротипичных школьников, опосредуются результативностью работы социального педагога, расширяя воспитательный горизонт образовательной организации.
Целью настоящего исследования является теоретическое обоснование и практическое проектирование деятельности социального педагога по формированию уважительного отношения к детям с ОВЗ в инклюзивном классе на примере МАОУ «Школа № 117» г. Уфы.
Исследование проводилось в 2024–2025 учебном году на базе Муниципального автономного общеобразовательного учреждения «Школа № 117 с углубленным изучением иностранных языков имени Аскина Гайфутдина Гафиятуллина» г. Уфы. В исследовании приняли участие 85 обучающихся 5–7-х инклюзивных классов, 12 педагогов и 2 социальных педагога образовательного учреждения.
Для достижения исследовательской цели был использован комплекс разноплановых методов.
Теоретический блок включал системный обзор профильной литературы, аналитическую категоризацию и создание исследовательских моделей. Эмпирическая часть представляла собой анкетирование с целью определения информированности обучающихся и анализа их актуальных установок относительно присутствия сверстников с ОВЗ; осуществлялось включенное наблюдение за межличностным взаимодействием в учебных и внеурочных ситуациях; наряду с этим проводились полуструктурированные интервью с преподавательским составом.
На этапе обработки полученных данных применялись методы как количественного, так и качественного анализа информации.
В ходе диагностического этапа исследования были зафиксированы типичные социокультурные сценарии, выражающиеся в особенностях взаимодействия участников инклюзивных образовательных коллективов. Зафиксировано, что обучающиеся с ОВЗ, особенно относящиеся к группе с расстройствами аутистического спектра (РАС), находились в классе преимущественно как наблюдатели: их включённость в неформальное общение оставалась крайне низкой и, как правило, инициировалась педагогами или иными взрослыми. Примечательно, что в семи из десяти эпизодов, связанных с межличностным взаимодействием в условиях перемен или коллективной работы, такие дети демонстрировали отчуждённость или оказывались вне социальной динамики группы.
Показательно, что примерно у 40% нейротипичных участников отмечались проявления чрезмерной опеки, часто переходящей в патернализм и фактически ограничивающей самостоятельность одноклассников с ОВЗ. Типичной становилась стратегия поведения, при которой ребёнку предлагали выполнение задач за него, что не только препятствовало кооперации на равных, но и подрывало формирование уважительной позиции к его вкладу и возможностям.
Результаты анкетного опроса свидетельствовали о недостатке корректных и базисных знаний относительно природы и выражения особенностей сверстников с ОВЗ у 60% опрошенных учеников. Дефицит осведомленности способствовал распространению стереотипных представлений, возникновению недопонимания и увеличению дистанции в групповом взаимодействии.
Структурированный анализ профессиональной практики социального педагога, выполненный до старта эксперимента, дал основания утверждать, что преобладала несистемная и преимущественно реактивная деятельность с акцентом на индивидуальное сопровождение детей, испытывающих трудности в коммуникации. Отсутствовали механизмы профилактического формата, ориентированные на создание единого ценностно-нормативного пространства и развитие уважительных моделей поведения на уровне всего ученического коллектива.
В целях преодоления этих барьеров была разработана и внедрена годовая программа «Класс равных возможностей», которая строилась по модульному принципу и предусматривала последовательное формирование устойчивых установок взаимопонимания и уважения в среде учащихся.
Таблица 1.
Модули программы деятельности социального педагога «Класс равных возможностей»
|
Модуль |
Целевая группа |
Ключевые формы работы |
Ожидаемый результат |
|
1. Информирование и просвещение («Узнаём друг друга») |
Весь класс, педагоги, родители |
«Уроки доброты» с элементами тренинга, просмотр и обсуждение социальных роликов, создание информационного стенда «Мир разный – и это прекрасно», родительский лекторий с приглашенными экспертами (дефектолог, психолог). |
Преодоление стереотипов, формирование базовой эмпатии и понимания. |
|
2. Формирование навыков взаимодействия («Учимся вместе») |
Учащиеся класса в смешанных группах |
Социально-психологические тренинги на коммуникацию и командную работу, организация проектной деятельности в малых группах (создание коллажа «Наш класс», подготовка совместного выступления). |
Развитие практических навыков сотрудничества, взаимопомощи, умения договариваться. |
|
3. Создание поддерживающей среды («Правила нашего дома») |
Классный коллектив |
Совместная разработка и принятие «Кодекса уважительного общения» в классе, создание и обучение группы «инклюзивных волонтеров» из числа учеников для ситуативной помощи. |
Закрепление норм уважительного отношения в повседневной практике, развитие ответственности за климат в классе. |
|
4. Рефлексия и закрепление («Мы – команда») |
Весь класс |
Проведение итогового коллективного творческого дела (КТД), повторная диагностика межличностных отношений, награждение активных участников программы. |
Осознание позитивных изменений, формирование устойчивой групповой идентичности, основанной на принципах инклюзии. |
Результаты итоговой диагностики, выполненной после завершения реализации программы, зафиксировали существенный прогресс по ряду ключевых показателей. Так, педагогические наблюдения свидетельствуют о заметном уменьшении уровня межличностного напряжения внутри коллектива и о сведении конфликтов из-за недопонимания к минимальному уровню. Динамика инициатив в сфере свободного общения между нейротипичными учащимися и детьми с ОВЗ продемонстрировала рост на 50% по сравнению с исходными данными. Степень информированности школьников о нюансах особенностей сверстников с ОВЗ изменилась значимо: если до запуска программы этот показатель составлял 40%, то по окончании он достиг 85%. Анализ речевых паттернов в коммуникациях классного коллектива выявил почти полное исчезновение стигматизирующей риторики, ей на смену пришла лояльная и поддерживающая лексика.
Результаты исследования однозначно свидетельствуют о верности исходной гипотезы: устойчивое уважительное отношение к детям с ОВЗ в инклюзивных образовательных условиях формируется не спонтанно, а проявляется как результат последовательных, целенаправленных педагогических и социальных интервенций. Программа «Класс равных возможностей», внедрённая в МАОУ «Школа № 117» и прошедшая апробацию, продемонстрировала успешность использования интегративной стратегии, базирующейся на сочетании образовательных и обучающих компонентов с планомерным развитием проинклюзивных норм внутри коллектива учащихся. Особое значение при этом приобретает трансформация деятельности социального педагога: вместо исключительно реагирующей тактики, ориентированной на разрешение инцидентов, он занимает функцию проектировщика и куратора инклюзивной среды, формируя стабильные рамки, в которых возможно устойчивое взаимодействие и взаимное принятие.
Таким образом, механизм деятельности, отработанный в данной модели, характеризуется выраженной гибкостью и приспособляемостью к различным контекстам; в связи с этим целесообразно рекомендовать его к адаптации в прочих образовательных учреждениях, внедряющих инклюзивные практики.
Список литературы
- Алехина С.В. Инклюзивное образование: от политики к практике // Психологическая наука и образование. – 2022. – № 1. – С. 136–145
- Малофеев Н.Н. Инклюзивное образование в контексте современной социальной политики // Воспитание и обучение детей с нарушениями развития. – 2023. – № 1. – С. 3-10
- Семаго М.М. Социально-педагогическое сопровождение детей с ОВЗ в условиях инклюзивного образования: методическое пособие. – М.: АРКТИ, 2018. – 168 с.
- Ярская-Смирнова Е.Р., Лошакова И.И. Инклюзивная культура социальных сервисов // Социологические исследования. – 2025. – № 12. – С. 133–140


