ВВЕДЕНИЕ
Экзаменационная сессия в медицинском вузе сопряжена с выраженным психоэмоциональным напряжением. Студенты-медики традиционно демонстрируют повышенную уязвимость к тревожным и депрессивным состояниям по сравнению с обучающимися других специальностей, а хронический стресс во время сессии негативно отражается на когнитивных функциях, сне и академической успеваемости, создавая предпосылки для профессионального выгорания [1, 4, 6].
Регулярная физическая активность является физиологически обоснованным и доступным методом коррекции стресс-индуцированных расстройств. Аэробные и смешанные нагрузки снижают секрецию кортизола, повышают синтез нейротрофического фактора мозга, улучшают вегетативную регуляцию и обладают анксиолитическим действием [2, 5]. Однако именно в экзаменационный период большинство студентов резко сокращают двигательную активность, ссылаясь на острую нехватку времени, накопившуюся усталость и распространённое заблуждение, что спорт отнимает энергию, необходимую для интенсивной умственной работы [3, 5].
Цель настоящего исследования — установить, как различные режимы физической активности (от систематических тренировок до почти полной неподвижности) связаны с уровнем ситуативной тревожности, субъективной стрессоустойчивостью и качеством сна у студентов-медиков непосредственно во время летней экзаменационной сессии.
МЕТОДЫ
Исследование выполнено в апреле – мае 2026 г. в Читинском государственном медицинском университете методом анонимного онлайн-анкетирования. В опросе приняли участие 69 студентов 1–6 курсов и ординаторов (58 девушек, 11 юношей в возрасте от 17 до 25 лет и старше). Критерием включения служило обучение на медицинском факультете и сдача летней сессии, критерием исключения — неполное заполнение анкеты (пропуск более 10 % вопросов).
Инструментом являлась оригинальная анкета из 21 вопроса закрытого и полузакрытого типа. Она охватывала демографические показатели, характер, продолжительность и частоту физической активности в период сессии, самооценку уровня тревожности за последнюю неделю, изменение тревоги по сравнению с внесессионным периодом, субъективную уверенность в способности справляться со стрессом, частоту физических симптомов тревоги, качество сна, предпочитаемые стратегии совладания и основные барьеры к занятиям.
На основании самоотчёта о преобладающем виде физической активности (вопрос 4) все респонденты были распределены в три группы:
· «Активные» (n = 24; 34,8 %) — студенты, регулярно выполняющие интенсивные (бег, плавание, силовые) или лёгкие (йога, стретчинг, дыхательные практики) тренировки не реже двух раз в неделю;
· «Ходьба» (n = 19; 27,5 %) — студенты, осознанно практикующие исключительно быструю ходьбу (прогулки продолжительностью 20 минут и более);
· «Неактивные» (n = 26; 37,7 %) — лица, чья двигательная активность ограничена бытовой или транспортной ходьбой либо практически отсутствует.
Статистическая обработка проводилась с использованием пакетов Microsoft Excel и IBM SPSS Statistics 26.0. Для сравнения категориальных переменных между группами применялся критерий χ² Пирсона (с поправкой Йейтса при ожидаемых частотах менее 5). Связь между частотой целенаправленной физической активности (суммарный балл по вопросам о частоте осознанной ходьбы и намеренном использовании активности для снижения стресса) и уровнем тревоги оценивали с помощью коэффициента ранговой корреляции Спирмена (ρ). Различия считали статистически значимыми при p < 0,05.
РЕЗУЛЬТАТЫ
В целом по выборке 67 % опрошенных испытывали умеренную или высокую тревогу в период сессии; 28 % отметили её значительное усиление по сравнению с межсессионным периодом, и лишь 10 % сообщили об отсутствии или слабой выраженности тревоги.
Межгрупповое сравнение обнаружило выраженные различия по всем анализируемым психоэмоциональным показателям. Высокая и очень высокая тревога была зафиксирована у 65,4 % неактивных студентов (17 из 26). В группе «Ходьба» этот показатель составил 47,4 % (9 из 19), а среди «Активных» — только 16,7 % (4 из 24; p < 0,01). Таким образом, риск выраженной тревожности у физически активных студентов оказался почти в четыре раза ниже, чем у их малоподвижных сверстников.
Субъективная уверенность в способности справляться со стрессом продемонстрировала прямо противоположную тенденцию. Полную или преимущественную уверенность выразили 83,3 % активных респондентов (20 из 24), 68,4 % в группе «Ходьба» (13 из 19) и лишь 38,5 % неактивных (10 из 26; p < 0,01). Следовательно, регулярно тренирующиеся студенты вдвое чаще ощущают себя психологически защищёнными перед лицом экзаменационного стресса.
Качество сна также существенно различалось. Плохое и очень плохое качество сна (длительное засыпание, частые ночные пробуждения, бессонница) отметили 38,5 % неактивных (10 из 26), 26,3 % в группе «Ходьба» (5 из 19) и лишь 12,5 % активных (3 из 24; p < 0,05). Доля лиц с нарушениями сна закономерно сокращается по мере нарастания объёма физической нагрузки.
Корреляционный анализ подтвердил наличие значимой обратной связи между частотой целенаправленной двигательной активности и уровнем тревоги (ρ = –0,31; p < 0,01). Иными словами, чем чаще студенты осознанно прибегали к тренировкам или быстрой ходьбе для снятия напряжения, тем ниже был их актуальный уровень ситуативной тревожности.
Детальное рассмотрение частоты осознанной быстрой ходьбы и связанной с ней тревоги показало, что очень высокая тревога (паника, страх) не была выявлена ни у одного респондента, который хотя бы изредка практиковал быструю ходьбу. Среди 11 человек, гулявших ежедневно, высокая тревога отмечена у 8 (72,7 %), но панических состояний не зафиксировано. У тех, кто ходил 3–5 раз в неделю (2 человека) или 1–2 раза в неделю (13 человек), распределение тревоги было смешанным, однако очень высокая также отсутствовала. Среди 26 никогда не практикующих осознанную ходьбу высокая тревога отмечена у 6, очень высокая — у 2, а умеренная — у 11 человек.
Анализ динамики тревожности относительно внесессионного периода показал, что в группе «Активные» 45,8 % респондентов сообщили о снижении тревоги, 29,2 % не отметили изменений, и 25,0 % указали на её рост. В группе «Неактивные» снижение тревоги наблюдалось лишь у 15,4 %, у 23,1 % она осталась на прежнем уровне, а у 61,5 % — повысилась. Группа «Ходьба» занимала промежуточное положение (31,6 %, 26,3 % и 42,1 % соответственно).
Высокий или очень высокий уровень энергии и тонуса в период сессии сохраняли 58,3 % активных студентов (14 из 24), 36,8 % в группе «Ходьба» (7 из 19) и только 11,5 % неактивных (3 из 26; p < 0,01). Прямую положительную связь между физической активностью и успеваемостью (лучшее запоминание, меньшее количество ошибок) отметили 62,5 % активных и лишь 11,5 % неактивных респондентов.
Главными барьерами, мешающими поддерживать физическую активность во время сессии, респонденты назвали нехватку времени из-за большого объёма учебного материала (81,2 % ответов) и сильную усталость с отсутствием мотивации (72,5 %). Убеждение, что «спорт съедает силы, нужные для учёбы», разделяли 34,8 % опрошенных, причём среди неактивных его доля достигала 53,8 % (p < 0,05). Ограниченный доступ к спортивной инфраструктуре или неблагоприятную погоду отметили 27,5 %, а 15,9 % указали, что физическая активность не помогает или даже усиливает тревогу. Показательно, что примерно каждый десятый студент никогда не использует физическую нагрузку в качестве инструмента совладания с тревогой, несмотря на её высокий уровень.
ОБСУЖДЕНИЕ
Полученные результаты убедительно демонстрируют, что сохранение физической активности во время экзаменационной сессии сопряжено со значительным снижением уровня тревожности, укреплением субъективной стрессоустойчивости и улучшением качества сна у студентов-медиков. Обнаруженное почти четырёхкратное различие по частоте высокой тревоги между активными и неактивными студентами полностью соответствует современным научным представлениям о дозозависимом защитном эффекте двигательной нагрузки в условиях острого академического стресса [1, 4, 5]. В частности, работа сербских учёных убедительно продемонстрировала, что у студентов-медиков, регулярно занимающихся физическими упражнениями, тревожная симптоматика выражена значительно слабее, причём наиболее выраженный эффект наблюдается при переходе от полной гиподинамии хотя бы к минимальному уровню активности [4].
Тот факт, что активные студенты вдвое чаще неактивных уверены в своей способности противостоять стрессу, указывает на двойной механизм действия физических нагрузок: помимо прямого физиологического эффекта, формируется психологический ресурс, ощущение контроля над ситуацией. Это наблюдение хорошо согласуется с выводами отечественных исследователей, показавших, что высокоинтенсивные нагрузки у студентов-медиков значимо снижают ситуативную тревожность [1]. Аналогичный вывод сделан в недавнем исследовании, посвящённом роли физической активности в формировании здоровье-ориентированного поведения: физически активные студенты демонстрируют более адаптивные стратегии совладания с тревогой [6].
Положительное влияние физической активности на качество сна, зафиксированное в настоящем исследовании, также находит убедительное подтверждение в литературе. Показано, что даже умеренная аэробная нагрузка способствует нормализации цикла «сон – бодрствование», сокращает время засыпания и уменьшает число ночных пробуждений, что в условиях сессии приобретает особую ценность [2, 5].
Отрицательная корреляция между частотой целенаправленной активности и тревогой (ρ = –0,31) совпадает по направленности и величине с данными, полученными в работах коллег, и свидетельствует о стойкой, хотя и умеренной, обратной связи: каждый дополнительный эпизод осознанной двигательной активности сопряжён с небольшим, но закономерным снижением показателей тревожности [4, 5]. Особого внимания заслуживает тот факт, что среди респондентов, никогда не практикующих осознанную ходьбу, регистрировались случаи очень высокой тревоги, тогда как даже эпизодические прогулки быстрым шагом полностью исключали панические реакции. Это даёт основание рассматривать минимальную, но регулярную осознанную ходьбу как действенное средство профилактики крайних форм экзаменационной тревоги, что особенно актуально для студентов, которые по разным причинам не могут или не хотят заниматься более интенсивными тренировками.
Спектр барьеров, названных участниками опроса, практически полностью совпадает с перечнем, полученным в многоцентровом исследовании американских студентов-медиков: доминируют нехватка времени, учебное утомление и ограниченный доступ к местам для занятий [5]. Высокая распространённость убеждения, что спорт отнимает силы, нужные для подготовки (особенно заметная среди неактивных — 53,8 %), свидетельствует о недостаточной осведомлённости студентов в вопросах психофизиологии. Образовательные программы, разъясняющие механизмы антистрессового действия аэробных нагрузок, способны изменить эту установку и повысить мотивацию к занятиям [3].
Показательно также, что каждый десятый студент вообще не рассматривает физическую активность как средство самопомощи при тревоге, что совпадает с наблюдениями о низкой приверженности студентов-медиков рекомендациям ВОЗ по двигательной активности [2]. Таким образом, задача вуза состоит не только в создании инфраструктурных условий, но и в целенаправленном формировании культуры самосохранительного поведения у будущих врачей.
Практическое значение полученных результатов состоит в обосновании целесообразности внедрения в повседневную практику медицинских вузов коротких (10–15 минут) физкультурных пауз между лекциями, организации зон для стретчинга непосредственно в учебных корпусах и проведения семинаров, популяризирующих физическую активность как инструмент управления экзаменационным стрессом. Эти малозатратные меры способны существенно улучшить психоэмоциональное состояние будущих врачей и снизить риск профессионального выгорания.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведённое исследование убедительно показывает, что регулярная физическая активность в период экзаменационной сессии является мощным фактором, сопряжённым с меньшей выраженностью ситуативной тревожности, более высокой субъективной стрессоустойчивостью, лучшим качеством сна и большей энергичностью у студентов-медиков. Даже нерегулярная, но осознанная быстрая ходьба ассоциирована с отсутствием крайне высоких, панических уровней тревоги. Главные препятствия на пути поддержания двигательной активности — дефицит времени и учебная усталость — могут быть преодолены организационными мерами, а именно внедрением коротких, адаптированных к учебному графику форм физической нагрузки. Целенаправленное формирование у студентов-медиков привычки к регулярной физической активности следует рассматривать как важный компонент профилактики экзаменационного стресса и долгосрочного профессионального выгорания.
Список литературы
- 1. Гармашова Е., Стурова Е., Степанова И., Овчинникова А. Выраженность тревожности и тревоги у студентов медицинского университета с различным уровнем физической активности // Здоровье человека, теория и методика физической культуры и спорта. – 2023. – Т. 30, № 2. – С. 120–128. doi:10.14258/zosh(2023)2.05.
- 2. Каштанова И.И., Кленникова Т.В., Чалова Л.В. Влияние регулярной физической активности на психическое и эмоциональное состояние студентов медицинского вуза // Современный образовательный процесс: психолого-педагогическое сопровождение, образовательные стратегии. – Чебоксары: Среда, 2025. – С. 26–28.
- 3. Пушкина К.В., Смирнова А.Н., Ульянова А.В. Влияние физической активности на выраженность тревожного состояния студентов медицинского факультета // Психология сегодня: от теории к практике: мат-лы Всерос. науч.-практ. конф. – Чебоксары: Среда, 2024. – С. 66–70.
- 4. Stratakis K. et al. Dose-response relationship between physical activity and anxiety symptoms in medical students from Serbia // Frontiers in Sports and Active Living. – 2025. – Vol. 7. – Article 1606002. doi:10.3389/fspor.2025.1606002.
- 5. Kones R., Goyal A., Lezama C. et al. Correlates and Barriers of Exercise, Stress, and Wellness in Medical Students // Medical Science Educator. – 2024. – Vol. 34, No. 6. – P. 1433–1444. doi:10.1007/s40670-024-02134-5.
- 6. Deng L. et al. Association between health anxiety and health-oriented behaviors in medical students: The preventive role of physical activity // Journal of Health Psychology. – 2025. – Online ahead of print. doi:10.1177/13591053251370660.
