УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЕ ТРЕБОВАНИЙ ТРАНСПОРТНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (СТ. 263.1 УК РФ): ПРОБЛЕМЫ ПРОВОПРИМИНЕНИЯ

В современном мире, где растет число угроз, связанных с технологическими, климатическими, а также политическими изменениями актуальна тема транспортной безопасности. Термин «транспортная безопасность» понимается как состояние защищенности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от актов незаконного вмешательства. Таким актом могут быть противоправные действия либо бездействие, в том числе и теракты, угрожающие безопасности деятельности транспортного комплекса, которые влекут за собой причинение вреда, угрозу здоровью людей, а также материальный ущерб или угрозу наступления таких негативных последствий.

Транспортная система страны является стратегическим ресурсом функционирования экономики, логистической системы, промышленности, туризма, сельского хозяйства, внутренней и внешней торговли, демографической и социальной политики, а также в глобальном масштабе - является средством обеспечения обороноспособности страны, функционирования государственного аппарата в целом, устойчивости экономики при внешних шоках. Актуальность уголовной ответственности за нарушение требований транспортной безопасности (ст. 263.1 УК РФ) обусловлена стратегическим значением транспортной системы, повышенной социальной, общественной опасностью и необходимостью защиты инфраструктуры, при этом первостепенность данного исследования обусловлена не только его практической востребованностью, но и наличием существенных теоретических и правоприменительных проблем, требующих глубокой научной проработки и выработки конкретных предложений по совершенствованию действующего законодательства и правоприменительной практики. Именно поэтому уголовный закон стоит на страже транспортной системы в целом и способствует обеспечению транспортной безопасности. Данная тематика имеет ярко выраженную правовую направленность, так как предполагает детальный анализ конкретной нормы Уголовного кодекса РФ, исследование признаков состава преступления, изучение судебной практики и выявление правовых пробелов. Она предполагает не просто анализ уголовно-правовой нормы, а ее исследование в системной взаимосвязи с административным, транспортным и административно-процессуальным законодательством[1].

Статистика МВД и судебных органов показывает, что количество осужденных по статье ст. 263.1 УК РФ остается крайне низким по сравнению с общими транспортными преступлениями (ст. 263, 264 УК РФ), а динамика преступлений по данной статье оценивается в совокупности с транспортными преступлениями. Так, согласно данным МВД и Госавтоинспекции РФ, в 2023–2024 годах наблюдается рост аварийности: количество ДТП увеличилось на 4,5%, число погибших — на 2,3% (около 14,5 тыс.), а раненых — на 4,3% (166,5 тыс.)[2] Также анализ статданных показывает, что число административно-наказуемых деяний в сфере нарушения требований транспортной безопасности растет в динамике. Так, с начала 2024 года специализированными органами в результате проведенных контрольно-надзорных мероприятий установлены 3687 нарушений в сфере, обеспечивающей безопасность на транспорте, относительно показателей 2023 года, их число выросло на 60%[3].

Таким образом, актуальность темы транспортной безопасности подтверждается ростом количество актов незаконного вмешательства в работу транспортной системы. С каждым годом число уголовных дел, связанных с нарушением либо с посягательством на нарушение транспортной безопасности, увеличивается в разы. Другой угрозой является действия киберпреступников. В связи с тем, что транспортная инфраструктура проходит процесс цифровизации, деятельность киберпреступников потенциально влечет больший негативный эффект. При этом стоит подчеркнуть, что в действующем нормативно правовом регулировании существуют значимые пробелы, касающиеся киберугроз и защиты от них. Еще одной угрозой, подчеркивающей актуальность темы транспортной безопасности, являются технологические изменения, вызванные развитием технологий, средств автоматизации, а также внедрением нейросетей и искусственного интеллекта, а также технологии BigDada, и их адаптацией в транспортной сфере.

Соответственно, каждое нарушение, либо пресеченные попытки таких правонарушений в области транспортной безопасности должны иметь соответствующие юридические последствия. В зависимости от действий за нарушение в сфере транспортной безопасности предусматривается либо административная, либо уголовная ответственность.

Как известно, нарушение требований в области транспортной безопасности регулируется Уголовным Кодексом РФ, а именно ст. 263.1 УК РФ.

Проведем анализ признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ.

Основной объект — «общественные отношения в сфере безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, объектов транспортной инфраструктуры Дополнительный — общественные отношения, охраняющие собственность, здоровье и жизнь человека»[4]

Предмет— транспортная инфраструктура, а также ее объекты, среди которых следует выделить:

а) «железнодорожные вокзалы и станции, автовокзалы и автостанции;

б) объекты инфраструктуры внеуличного транспорта, определяемые Правительством Российской Федерации;

в) тоннели, эстакады, мосты;

г) морские терминалы, акватории морских портов;

д) порты, которые расположены на внутренних водных путях;

е) искусственные острова, установки, сооружения, расположенные во внутренних морских водах, в территориальном море, исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе Российской Федерации;

ж) аэродромы и аэропорты;

з) определяемые Правительством Российской Федерации участки автомобильных дорог, железнодорожных и внутренних водных путей, вертодромы, посадочные площадки и пр;

и) здания, строения, сооружения, обеспечивающие управление транспортным комплексом, его функционирование, используемые федеральными органами исполнительной власти в области транспорта, их территориальными органами и подведомственными организациями, а также объекты систем связи, навигации и управления движением транспортных средств»[5].

Объективная сторона преступления, квалифицируемого ст. 263.1 УК РФ: преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия. В случае бездействия следует установить не только неисполнение виновным соответствующих норм транспортной безопасности, но и наличие у него реальной возможности выполнения требований транспортной безопасности в сложившейся обстановке. «Диспозиция бланкетная, в связи с чем при квалификации содеянного требуется обращение к правилам, регулирующим деятельность соответствующих видов транспорта. Если отсутствует нарушение какой-либо специальной нормы указанных правил, то в деянии отсутствуют признаки состава преступления

Ч. 1 ст. 263.1 УК РФ - неисполнение требований по соблюдению транспортной безопасности — несовершение, неполное (недостаточное) совершение предписанных действий либо совершение действий, запрещенных действующем законодательством и правовыми актами.

Субъект специальный — лицо, на которое в установленном порядке возложены обязанности по соблюдению либо по обеспечению соблюдения требований транспортной безопасности, т. е. ответственное за обеспечение транспортной безопасности, а также к субъектам следует отнести лица, ответственные за соблюдение правил транспортной безопасности»[6].

Субъективная сторона.  Преступление совершается по неосторожности: отношение виновного к наступившим последствиям состоит в легкомыслии или небрежности, преступление в целом является неосторожным.

Что касается проблемы правоприменения уголовной ответственности за нарушение требований транспортной безопасности (ст. 263.1 УК РФ), они, в основном, связаны со следующими обстоятельствами:

Сложность субъекта: на практике сложности возникают при определении виновников преступлений - субъектов транспортной безопасности   в случае, если нарушение произошло из-за нечетких инструкций или действий подрядчиков;

Вопросы квалификации: возникает потребность точного разграничения между составами ст. 263.1 УК РФ (транспортная безопасность) и ст. 264 УК РФ (безопасность движения) при схожих последствиях.

Сложности в доказывании вины: Проблематичность установления причинно-следственной связи между бездействием (несоблюдение требований) и наступившими аварийными последствиями.

Нечеткость формулировок в законе, в том числе в ст. 263.1 УК РФ: данные неточности связаны с отсутствием в законодательстве четких трактовок и определений, например, отсутствием однозначной трактовки «крупный ущерб», проблемами определения субъекта правонарушения, сложностями в разграничении административной и уголовной ответственности, а также сложная структура состава преступления, повлекшего неосторожные последствия.

Сложности вызывает также субъект преступления: на практике не всегда однозначно различие между «неисполнением требований... лицом, ответственным за обеспечение ТБ» (ч. 2 ст. 263.1 УК РФ) и «неисполнением требований...» (ч. 1 ст. 263.1 УК РФ), что вызывает путаницу в назначении ответственных лиц среди руководителей, либо рядовых сотрудников. Таким образом, среди проблем правоприменения УК РФ в сфере транспортной безопасности также можно утверждать, что существует определенный недочет, связанный с терминологией. Он касается формулировок в вышеуказанной статье Уголовного кодекса Российской Федерации. Термин «Неисполнение» требований транспортной безопасности вызывает вопросы и непонимание, а также определенное зауживание правоприменения, нежели термин «нарушение» требование транспортной безопасности.

Высокая социальная значимость требует применения сурового наказания по УК РФ: Безопасность на транспорте напрямую касается жизни и здоровья миллионов людей. Любое нарушение, будь то несанкционированный проход в контролируемую зону аэропорта или оставление груза без присмотра на вокзале, создает реальную угрозу. Исследование уголовно-правового механизма противодействия этим угрозам – это вклад в общественную безопасность.

Рассмотрим более подробно проблемы применения уголовного права за нарушение в сфере транспортной безопасности.

В Уголовном кодексе Российской Федерации статьей 263.1 предусматривается уголовная ответственность за нарушение требований в области транспортной безопасности. Данная статья введена в 2014 году федеральным законом № 15-ФЗ от 3 февраля.

Сложности и проблемы правоприменения Уголовного Кодекса Российской Федерации в сфере транспортной безопасности связаны с несовершенством законодательной базы.

Отдельную сложность представляет восстановление причинно-следственных связей. Иными словами, достаточно трудно доказать такую связь, например, в деянии, где принимают участие несколько лиц, осуществляющих выполнение требований транспортной безопасности.

Статистика говорит о том, что около 87% дел по сообщениям о преступлениях в сфере транспортной безопасности до суда не доходят, либо в возбуждение таких дел получается отказ.

Отдельную группу проблем правоприменения на практике составляют вопросы квалификации преступлений, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ.

В целях классификации преступлений, данная диспозиция статьи 263.1 отсылает на множество нормативно-правовых актов для оценки конкретного вида правонарушения в каждом индивидуальном случае:

Положение о полномочиях должностных лиц Федеральной службы по надзору в сфере транспорта от 09.06.2010 г.[7];

Положение о полномочиях должностных лиц Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, осуществляющих контрольные (надзорные) функции от 21 декабря 2020 г.;

«Об утверждении требований по обеспечению транспортной безопасности, в том числе требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий), учитывающих уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры дорожного хозяйства», а также многие другие акты.

Материалы судебной практики также подтверждают весомость внутренних нормативных актов при квалификации преступлений, например, руководство по производству полетов, внутренние инструкции ОАО «РЖД» и пр. Приведем примеры из судебной практики

Так, в решении Басманного районного суда «от 21 октября 2022 года по делу против ОАО «РЖД» суд указал на нарушения требований, закреплённых в паспорте объекта транспортной инфраструктуры (ОТИ). Истец (транспортный прокурор) требовал обязать компанию оснастить объект техническими средствами и инженерными сооружениями обеспечения транспортной безопасности, а также сформировать и привлечь подразделения транспортной безопасности в соответствии с паспортом ОТИ. Суд удовлетворил иск, подтвердив, что нарушения создают угрозу безопасности. Здесь паспорт ОТИ выступал в качестве локального документа, требования которого должны соблюдаться»[8]. 

Аналогичной практики придерживается и Верховный суд. Так, в постановлении Верховного Суда РФ от 25 февраля 2019 года по делу против ОАО «РЖД» рассматривались нарушения «требований по обеспечению транспортной безопасности, выявленных в ходе проверок. Акцент сделан на федеральном законодательстве, но был также проведен анализ и внутренних документов компании»[9].

При этом, на практике преступление квалифицируется по ст. 263.1 УК РФ в случае наступления следующих последствий:

• тяжкого вреда здоровью человека, причинения крупного ущерба;
• смерти человека.

В случае если последствия отсутствуют, то в возбуждении уголовного дела должно быть отказано.

Систематизируем квалифицирующие признаки преступлений, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ. Так, деяния, предусмотренные ч. 1 или ч. 2 ст. 263.1 УК РФ:

• совершенные группой лиц по предварительному сговору (ч. 3 ст. 263.1 УК РФ);
• повлекшие по неосторожности смерть человека (ч. 3 ст. 263.1 УК РФ);
• совершенные организованной группой (ч. 4 ст. 263.1 УК РФ);
• повлекшие по неосторожности смерть двух и более лиц (ч. 4 ст. 263.1 УК РФ).

Сформулируем вопросы квалификации преступлений, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ:

Отсутствие последствий, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ. При отсутствии последствий, предусмотренных ст. 263.1 УК РФ, в деянии усматриваются признаки правонарушения, предусмотренного ст.11.15.1 КоАП РФ:

1) «неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности либо неисполнение требований по соблюдению транспортной безопасности, совершенные по неосторожности, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния;

2) повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 настоящей статьи;

3) действие (бездействие), предусмотренное ч.1 настоящей статьи, совершенное умышленно.

Разграничение с преступлением, предусмотренным ст. 267 УК РФ.

Разграничение проводится по признаку субъекта преступления, непосредственно причиняющего последствия, предусмотренные ст. 263.1 УК РФ (специальный субъект) или ч. 4 ст. 267 УК РФ (общий субъект)»[10]

Описанные ранее проблемы требуют определения векторов совершенствования законодательства.

Во-первых, существует потребность указать разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, что субъектами ст. 263.1 УК являются руководители юридических лиц, а также лица-собственники или владельцы объектов транспортной инфраструктуры и (или) транспортных средств[11].

Во-вторых, требуется уточнение признаков объективной стороны по ст. 263.1 УК РФ («Нарушение требований в области транспортной безопасности»), конкретизации круга субъектов и дифференциации ответственности. Основные пути включают корректировку понятия «крупный ущерб», устранение дублирования с административными нормами и четкое определение «угроз» транспортной безопасности:

• Требуется точное определение ответственности субъектов транспортной инфраструктуры (перевозчиков, операторов) по сравнению с действиями физических лиц (пассажиров), создающих угрозу.
• Пересмотр понятия «крупный ущерб»: Законодательное закрепление точной суммы крупного ущерба (в настоящее время — более 1 млн руб. по примечанию) для единообразия практики.
• Устранение дублирования с КоАП РФ: Разграничение уголовной ответственности (ст. 263.1 УК РФ) и административной ответственности (ст. 11.1 КоАП РФ), особенно в части действий, угрожающих безопасности движения.
• Детализация понятия угроз: Упорядочение положений ст. 263.1 УК РФ в соответствии с нормами Федерального закона «О транспортной безопасности»[12].

Совершенствование законодательства должно быть направлено на то, чтобы статья охватывала только те нарушения, которые действительно создают серьезную опасность, исключая необоснованное расширение уголовной репрессии.