Заключение эксперта традиционно занимает особое место в системе доказательств, используемых в гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве. Необходимость обращения к специальным знаниям обусловлена тем, что определенная часть обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, не может быть установлена судом без проведения специальных исследований. Вместе с тем использование специальных знаний не изменяет процессуальную природу заключения эксперта и не выводит его за пределы общего порядка судебной оценки доказательств.

Процессуальное законодательство, признавая специфику заключения эксперта как доказательства, одновременно предусматривает механизмы, направленные на обеспечение возможности его исследования и оценки судом. Одним из таких механизмов является вызов эксперта в судебное заседание для дачи разъяснений по представленному заключению. Однако анализ правоприменительной практики показывает, что пределы допустимого разъяснения заключения эксперта нередко нарушаются, вследствие чего разъяснения используются не только для уяснения содержания выводов, но и для фактического устранения недостатков экспертного исследования. Подобная практика требует комплексного научного осмысления.

В соответствии со статьей 55 ГПК РФ [1], статьей 64 АПК РФ [2] и статьей 59 КАС РФ [3]. доказательствами по делу признаются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Заключение эксперта прямо отнесено законодателем к числу доказательств и подлежит оценке судом наряду с иными доказательствами.

Судебная оценка доказательств осуществляется по правилам статьи 67 ГПК РФ, статьи 71 АПК РФ и статьи 84 КАС РФ. Указанные нормы закрепляют принцип свободы оценки доказательств, ограниченный требованиями относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательственного материала. Заключение эксперта не обладает заранее установленной доказательственной силой и не связывает суд, который вправе принять либо отвергнуть выводы эксперта при условии надлежащей мотивированности.

В доктрине гражданского процессуального права последовательно подчеркивается, что использование специальных знаний не освобождает суд от обязанности самостоятельной оценки доказательств. М.К. Треушников указывает, что эксперт не подменяет собой суд и не участвует в оценке доказательств, а его заключение представляет собой лишь одно из средств доказывания, подлежащее критической проверке и сопоставлению с иными доказательствами [4, 243]. Аналогичную позицию занимает И.В. Решетникова, подчеркивающая, что судебная оценка доказательств не может быть делегирована участникам процесса, включая эксперта [5, с. 175].

Возможность вызова эксперта в судебное заседание для дачи разъяснений по представленному заключению предусмотрена статьей 187 ГПК РФ, статьей 88 АПК РФ и статьей 85 КАС РФ. Указанные нормы закрепляют право суда задавать эксперту вопросы, направленные на уяснение содержания заключения, используемой терминологии и логики рассуждений, положенных в основу выводов.

Разъяснение заключения эксперта не образует самостоятельного доказательства и не предназначено для изменения, дополнения либо восполнения выводов, содержащихся в письменном заключении. Его процессуальное назначение ограничивается обеспечением возможности исследования и оценки уже имеющегося доказательства судом в совокупности с другими доказательствами.

Принципиально важно отметить, что эксперт не наделен правом интерпретировать доказательственное значение своего заключения, сопоставлять его с иными доказательствами либо давать оценку юридической значимости выявленных им обстоятельств. Любые попытки расширить содержание разъяснений за пределы письменного заключения приводят к смешению функций суда и эксперта и нарушению установленного законом порядка доказывания.

Иное процессуальное назначение имеют институты дополнительной и повторной экспертизы. В силу статьи 87 ГПК РФ, статьи 87 АПК РФ и статьи 83 КАС РФ дополнительная экспертиза назначается при недостаточной ясности или неполноте заключения эксперта, тогда как повторная экспертиза проводится при наличии сомнений в обоснованности экспертных выводов либо при наличии противоречий между экспертными заключениями.

Тем самым законодатель прямо разграничивает разъяснение заключения эксперта и процессуальные формы его проверки. Устранение дефектов заключения эксперта допускается исключительно путем проведения новой экспертизы, а не посредством расширительного использования разъяснений эксперта. Игнорирование данного разграничения ведет к подмене предусмотренных законом процессуальных механизмов и снижению уровня процессуальных гарантий.

Современная доктрина уделяет указанной проблеме значительное внимание. И.В. Юдин последовательно отстаивает позицию о недопустимости использования разъяснений эксперта для устранения дефектов экспертного исследования, указывая, что подобная практика фактически означает подмену института дополнительной экспертизы и ведет к искажению процессуального мышления правоприменителя [6, с. 129]. С данной позицией в целом следует согласиться, поскольку она соответствует логике процессуального регулирования и задачам судебного доказывания.

Расширительное использование разъяснений заключения эксперта оказывает негативное влияние на реализацию процессуальных прав лиц, участвующих в деле. Процессуальные кодексы закрепляют за сторонами право участвовать в доказывании, в том числе путем заявления ходатайств о назначении экспертизы, формулирования вопросов эксперту, заявления отвода эксперту, представления возражений относительно заключения эксперта и ходатайств о назначении дополнительной либо повторной экспертизы (ст. 35, 56, 79, 87 ГПК РФ; ст. 41, 65, 82, 87 АПК РФ; ст. 45, 62, 79, 83 КАС РФ).

Когда суд, выявляя сомнения в полноте или обоснованности заключения эксперта, ограничивается получением его разъяснений, процессуальные возможности сторон существенно сужаются. В отличие от дополнительной или повторной экспертизы, разъяснение не предполагает повторного исследования и не создает для сторон возможности влиять на содержание экспертного исследования, в установленной законом форме. Тем самым нарушается баланс процессуальных возможностей сторон.

Особое значение имеет и соотношение разъяснений эксперта с правом сторон заявлять о фальсификации доказательств (ст. 186 ГПК РФ; ст. 161 АПК РФ; ст. 77 КАС РФ). Устные пояснения эксперта не образуют самостоятельного доказательства и не могут быть предметом заявления о фальсификации, что дополнительно ограничивает процессуальные гарантии сторон.

Анализ судебной практики Верховного Суда Российской Федерации свидетельствует о наличии проблем правоприменения, связанных с расширительным использованием разъяснений заключения эксперта. В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25.10.2022 № 19-КГ22-25-К5 указано, что при наличии сомнений в обоснованности выводов эксперта суд не вправе ограничиваться обсуждением заключения либо получением пояснений эксперта и обязан использовать предусмотренные законом процессуальные механизмы проверки доказательств [7].

Аналогичный подход выражен в Определении Верховного Суда РФ от 25.04.2019 № 306-ЭС18-23424 по делу № А12-1519/2017 применительно к арбитражному судопроизводству. Верховный Суд РФ подчеркнул, что получение пояснений эксперта не заменяет процессуальные формы проверки экспертного доказательства и не устраняет допущенные при проведении экспертизы недостатки [8].

Указанные судебные акты позволяют рассматривать разъяснение заключения эксперта как индикатор системных нарушений правоприменения. Стремление судов ограничиться разъяснениями вместо назначения дополнительной или повторной экспертизы нередко обусловлено соображениями процессуальной экономии, однако подобный подход противоречит требованиям законности и снижает качество судебного познания.

Дополнительным аспектом рассматриваемой проблемы является влияние расширительного использования разъяснений эксперта на мотивировочную часть судебного решения. В соответствии со статьей 198 ГПК РФ, статьей 170 АПК РФ и статьей 180 КАС РФ судебное решение должно быть законным и обоснованным, а его мотивировочная часть — содержать указание на доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства.

Поскольку разъяснения эксперта не обладают самостоятельным доказательственным значением, их использование для обоснования выводов суда затрудняет выполнение указанных требований. Если суд фактически опирается на сведения, не содержащиеся в материалах дела в качестве доказательства, это осложняет последующую проверку судебного решения в апелляционном и кассационном порядке.

Таким образом, разъяснение заключения эксперта представляет собой процессуальное действие суда, направленное на обеспечение его исследования и оценки в установленном законом порядке. Оно не образует нового доказательства и не может использоваться для устранения недостатков заключения эксперта.

Представляется обоснованным отразить данное положение в п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 апреля 2014 г. № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» [9].

Расширительное использование разъяснений заключения эксперта противоречит статьям 87 ГПК РФ, 87 АПК РФ и 83 КАС РФ, снижает уровень процессуальных гарантий лиц, участвующих в деле, и свидетельствует о наличии нарушений правоприменения. Преодоление указанных дефектов возможно лишь при строгом следовании процессуальным механизмам, закрепленным в кодексах и позициям Верховного Суда Российской Федерации.