УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА МОШЕННИЧЕСТВА: КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ

Несмотря на значительное количество научных работ, посвящённых мошенничеству, проблемы уголовно-правовой квалификации данных деяний сохраняют актуальность. Это обусловлено как высокой распространённостью мошеннических посягательств, так и сложностью их правовой оценки, особенно в случаях, когда предметом преступления выступает не имущество в материальном выражении, а юридически оформленное право на него. Наиболее отчётливо данные трудности проявляются при расследовании преступлений в сфере жилищных правоотношений, что подтверждается нестабильностью следственной и судебной практики.

В этих условиях особое значение приобретает исследование объекта мошенничества как элемента состава преступления, поскольку его правильное определение напрямую влияет на квалификацию деяния, пределы доказывания и выбор уголовно-правовой нормы.

Объектом исследования являются общественные отношения, охраняемые уголовным законом и нарушаемые при совершении мошенничества, в том числе в сфере жилищных правоотношений.

Предмет исследования составляют нормы уголовного законодательства Российской Федерации, регламентирующие ответственность за мошенничество, доктринальные положения об объекте преступления, а также материалы правоприменительной практики по делам о мошенничестве.

Целью исследования является выявление особенностей объекта мошенничества с учётом его законодательного определения и специфики посягательств, связанных с жилищными правоотношениями.

Для достижения указанной цели в работе поставлены следующие задачи:

– проанализировать уголовно-правовое содержание понятия мошенничества;

– раскрыть значение объекта преступления в системе элементов состава мошенничества;

– рассмотреть основные доктринальные подходы к определению непосредственного объекта мошенничества;

– обосновать расширительное понимание объекта мошенничества с учётом включения в предмет преступления права на имущество;

– определить особенности объекта мошенничества в сфере жилищных правоотношений.

Методологическую основу исследования образуют общенаучные и специальные методы познания, в том числе анализ и синтез, формально-юридический метод, системный и структурно-функциональный подходы, а также сравнительно-правовой анализ. В работе используются положения уголовно-правовой науки и материалы судебной практики.

Научная новизна исследования заключается в обосновании вывода о многоаспектном характере объекта мошенничества, который включает не только отношения собственности, но и иные имущественные отношения, связанные с оборотом прав на имущество.

В научной юридической литературе достаточно широко освещаются проблемы уголовно-правовой характеристики преступлений экономической направленности, а также особенности методик их расследования, включая посягательства на собственность [1]. Отдельные разновидности таких деяний, в первую очередь связанные с мошенничеством, также подверглись детальному анализу как в плане квалификации, так и в аспекте следственной практики. Несмотря на накопленный массив исследований, вопросы уголовно-правовой природы мошеннических преступлений сохраняют высокую актуальность и сегодня. Именно поэтому в рамках настоящей работы рассматриваются отдельные аспекты уголовно-правовой характеристики преступлений, предусмотренных ст. 159–159.6 УК РФ. [15][1] С конца 1990-х годов в России произошли глубокие преобразования в политической и социально-экономической сферах. Они выразились в переходе к рыночным отношениям, демонополизации государственной собственности, закреплении многообразия форм собственности, а также в признании свободы предпринимательской и иной экономической деятельности.

Однако данный переход сопровождался значительной нестабильностью, серьезными социально-экономическими издержками и резким всплеском различных форм преступности — насильственной, организованной, коррупционной, а особенно — корыстной, среди которой наиболее заметно выросло число посягательств на чужую собственность.

В современной структуре преступности России корыстные преступления, и в первую очередь преступления против собственности, стабильно занимают очень значительную долю. Хотя в последние годы отмечается некоторое снижение удельного веса традиционных хищений, мошенничество и дистанционные формы обмана имущества продолжают играть ведущую роль. По данным за последние годы, хищения чужого имущества (включая кражи, мошенничества и иные формы) в совокупности нередко составляют около половины или более всех зарегистрированных преступлений, а преступления против собственности в целом остаются одним из ключевых факторов, негативно влияющих на социально-экономическое положение и морально-нравственное состояние общества. Уголовный кодекс РФ в главе 21 «Преступления против собственности» содержит как классические составы (ст. 158–159, 160–162, 165, 167–168 УК РФ), так и относительно новые корыстные деяния (в том числе ст. 159.1–159.6, 163–164, 166 УК РФ). Особое значение имеет Федеральный закон от 29.11.2012 № 207-ФЗ, которым были введены специальные составы мошенничества (ст. 159.1–159.6 УК РФ). Именно эти статьи (ст. 159–159.6 УК РФ) и выступают предметом анализа в настоящем исследовании. [15][2]

В доктрине уголовного права для обозначения данных деяний применяются различные формулировки: «мошеннические преступления», «преступления мошеннического характера», «преступления в сфере мошенничества», «основной и специальные виды мошенничества» и др. В настоящей работе не ставится задача детального обсуждения терминологических нюансов. За основу принимается общепризнанный доктринальный подход, согласно которому в российском уголовном законодательстве преступления группируются по признаку сходства родового, видового и непосредственного объектов посягательства. Исходя из анализа правоприменительной практики, ежегодно в России по статьям 159–159.6 УК РФ возбуждаются тысячи уголовных дел, при этом значительная часть материалов завершается отказами в возбуждении дела либо переквалификацией действий на другие составы преступлений.[3] В то же время суды и следственные органы ежегодно выносят сотни постановлений о прекращении уголовного преследования, прекращении дел или изменении квалификации по мошенническим эпизодам. Это ясно указывает на серьёзные недостатки как в законодательной конструкции норм о мошенничестве, так и в методике расследования подобных преступлений. Сложившаяся ситуация свидетельствует о низкой эффективности деятельности правоохранительных органов при выявлении и раскрытии преступлений указанной категории. Основная причина, по нашему убеждению, заключается в постоянных затруднениях правоприменителей при определении уголовно-правовых признаков мошенничества.

В связи с этим считаем обоснованным объединять уголовно-правовые нормы о мошеннических составах именно по критерию сходства непосредственного объекта посягательства. Соответственно, все специальные термины, используемые в литературе и практике, имеют право на существование. Однако наиболее точным и логичным представляется термин «преступления в сфере мошенничества», поскольку он лучше всего согласуется со структурой раздела VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики» и главы 21 «Преступления против собственности». [15][4]

Согласно ч. 1 ст. 159 УК РФ мошенничество определяется как хищение чужого имущества либо приобретение права на чужое имущество, совершённые путём обмана или злоупотребления доверием. Прежде чем рассматривать детальную уголовно-правовую характеристику мошенничества, необходимо раскрыть ключевые понятия, которые использует законодатель: «хищение», «чужое», «имущество», «право на имущество», «обман» и «злоупотребление доверием». В примечании 1 к ст. 158 УК РФ даётся общее определение хищения для всех статей данного Кодекса: это совершённое с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или иных лиц, причинившее ущерб собственнику либо другому законному владельцу данного имущества. [15][5] Из приведённого определения вытекает, что хищение всегда предполагает изъятие чужого имущества без какого-либо встречного предоставления эквивалентной компенсации. При этом не имеет уголовно-правового значения, в чью именно пользу (виновного, третьих лиц или даже неустановленных лиц) произошло такое обращение — важен лишь сам факт противоправного изъятия. Ключевое значение имеет признак безвозмездности. Если изъятие сопровождалось полной или хотя бы частичной оплатой (возмещением), то действия уже не могут квалифицироваться как хищение.

Для признания деяния хищением обязательно требуется также установить реальный ущерб, нанесённый собственнику или иному правомерному владельцу (например, законному пользователю). Иными словами, необходимо доказать, что имущество имело экономическую ценность для потерпевшего и принадлежало ему на законных основаниях. Если же вещь похищена у лица, которое само владело ею незаконно (например, ранее совершило хищение), то уголовно-правовых оснований для квалификации как хищения не возникает. Предметом мошенничества выступает чужое имущество либо право на него. Под имуществом понимаются вещи материального мира, деньги, ценные бумаги — всё то, что не принадлежит виновному и на что у него отсутствует какое-либо право. Право на имущество — это любые оформленные вовне правомочия собственника или законного владельца: например, дарственная на недвижимость или автомобиль, банковская карта, именная сберегательная книжка и т.п. Нормативное содержание, закреплённое в примечании к ст. 158 УК РФ, а также совокупность признаков мошенничества, прямо указанных в диспозиции ст. 159 УК РФ, позволяют по-новому взглянуть на сущность данного преступления. [15][6] В этой связи показательной является дефиниция, предложенная Б. В. Волженкин.[4][7] По его мнению, мошенничество представляет собой противоправное и безвозмездное изъятие либо обращение чужого имущества, либо приобретение права на него, осуществляемое с корыстной направленностью посредством обмана или злоупотребления доверием и влекущее имущественный ущерб собственнику либо иному законному владельцу.

Из приведённого подхода вытекает, что законодательная конструкция ст. 159 УК РФ носит обобщающий характер и фактически охватывает два самостоятельных варианта преступного поведения. [15][8] Первый связан с хищением чужого имущества, второй — с противоправным получением права на него, при том, что способы реализации в обоих случаях совпадают. Несмотря на единство объекта посягательства, субъекта, формы вины и механизма совершения деяния, данные разновидности мошенничества не являются тождественными. Отличия проявляются прежде всего в характеристике предмета преступления и в особенностях объективной стороны, что имеет принципиальное значение для правильной квалификации. Анализ мошенничества в контексте жилищных правоотношений целесообразно начинать с установления его объекта. Именно объект во многом предопределяет не только причины уголовно-правового запрета, но и структуру состава преступления, пределы доказывания и направленность оценки фактических обстоятельств. Не случайно в теории уголовного права исследование любого преступления традиционно начинается с выявления объекта и объективной стороны посягательства.

В классической доктрине под объектом преступления понимаются общественные отношения, находящиеся под охраной уголовного закона и нарушаемые противоправным деянием. В зависимости от уровня обобщения различают общий, родовой, видовой и непосредственный объекты. Общий объект, охватывающий всю совокупность охраняемых законом общественных отношений, имеет универсальный характер и не влияет на юридическую оценку конкретного деяния. Родовой объект мошенничества определяется его местом в системе Особенной части УК РФ. Поскольку данное преступление включено в раздел VIII «Преступления в сфере экономики», оно посягает на экономические отношения в их совокупности. Более узкий — видовой — объект формируется в рамках главы 21 УК РФ, посвящённой преступлениям против собственности. Значимость собственности как уголовно-правовой ценности подтверждается как её местом в структуре Особенной части, так и прямым указанием в ч. 1 ст. 2 УК РФ [15][9], где охрана собственности названа одной из ключевых задач уголовного законодательства. Особенности проявляются при характеристике непосредственного объекта мошенничества. Для преступлений против собственности типично совпадение родового и непосредственного объектов, вследствие чего в доктрине традиционно считается, что непосредственным объектом мошенничества является конкретная форма собственности, в рамках которой находится похищаемое имущество. Однако именно категория «собственность» остаётся предметом научных дискуссий, особенно применительно к случаям, когда посягательство выражается не в изъятии вещи, а в получении права на неё.[9][10]

С учётом специфики жилищных правоотношений объект мошенничества целесообразно определять расширительно. Во-первых, вред при совершении преступления может быть причинён не только собственнику, но и иному законному владельцу, что прямо следует из примечания к ст. 158 УК РФ.[11] [15] Во-вторых, наличие в составе мошенничества такого предмета, как право на имущество, свидетельствует о том, что объект посягательства не может быть сведён исключительно к отношениям собственности в их узком понимании, поскольку затрагиваются более сложные имущественные и обязательственные связи.