БРЕКСИТ: ВЫХОД И ПОСЛЕДСТВИЯ

31 декабря 2020 года Соединённое королевство окончательно завершила процесс выхода из Европейского союза, который начался ещё в начале года. Однако решение о выходе из объединения Лондон принял задолго до фактического выхода уже после референдума 2016 года [1,с.110]. Тогда 51,9% жителей Соединённого королевства проголосовало за выход из Европейского союза, а 48,1% против [9]. Несмотря на неоднозначные результаты референдума, решение о выходе было принято, и процесс был запущен.

Стоит начать с краткой сводки причин выхода Соединённого королевства из Евросоюза. Принятие Лиссабонского договора, который был воспринят общественностью, как шагк федерализму, а значит к потере национальной идентичности, экономический кризис 2008-2009 гг., который привел и к ухудшению экономического положения стран еврозоны, опасения прилива неограниченного количества мигрантов: всё это привело к обострению настроений евроскептицизма в Британии. Франко-германские предложения об укреплении валютно-финансового союза правительство Британии воспринимало как угрозу создания наднационального единого экономического правительства еврозоны. Британия не поддержала введение Бюджетного пакта в 2012, Не поддержала она и введение должности европрокурора, увеличение многолетнего бюджета ЕС на 2013-2020 гг. выше уровня инфляции, как и другие планы ЕС. Великобритания, не желая участвовать в финансовом союзе и решать долговые проблемы стран еврозоны, намерена была по-прежнему пользоваться свободным доступом к единому европейскому рынку. «Собственно говоря, доступ к общему рынку - это главное (и достаточное) условие для Лондона» [2,с.105].

Стоит подчеркнуть, что Брекситстал прецедентом, ведь до Британии никто не покидал Европейский союз, что создало множество формальных сложностей, так как процесс выхода из объединения не был регламентирован. Подытожив всё вышесказанное, процесс выхода сопровождался многими вопросами. Например, на каких условиях Великобритания покинет объединение? Будет ли заключена дополнительная сделка, как с ключевым экономическим партнёром?

Так, к только январю 2021 процесс выхода был окончательно завершён. Между Брюсселем и Лондоном было заключено Соглашение о торговле и сотрудничестве. Стороны смогли договориться о сохранении зоны свободной торговли. Великобритания получала возможность беспошлинно поставлять свои товары на европейский рынок, как и прежде, но товары должны были проходить таможенный контроль на границе.

Сейчас, 7 лет спустя, мы уже можем оценить определённые последствия данного события. Начать стоит с экономической сферы. В результате исследований Национального бюро экономических исследований(NBER, США), к 2025 году ВВП Великобритании мог бы превышать текущий уровень на 6–8%, если бы страна осталась в составе Евросоюза. Специалисты оценили снижение инвестиций в 18%, уровень занятости — в 4%, а производительность труда — в 3–4% [10]. Из анализа видно, что указанные факторы взаимно усиливали друг друга: снижение инвестиций тормозило рост производительности, а ее низкий уровень, в свою очередь, сдерживал повышение зарплат и влиял на настроения в бизнесе и среди потребителей.

Хотя адаптация к жизни вне ЕС совпала с пандемией COVID-19, авторы считают ее влияние на долгосрочные изменения минимальным. Тем не менее, проблемы, связанные с Брекситом, продолжают существенно ограничивать экономический рост Великобритании. Согласно прогнозам Еврокомиссии, в текущем году ВВП страны увеличится на 1,4%, в следующем — на 1,2%. Эксперты отмечают, что без повышения производительности и поддержки инноваций конкурентные позиции британских фирм на мировом рынке будут снижаться [8].

Таким образом, экономические последствия выхода Британии из Европейского Союза можно подытожить одной фразой - упущенная выгода. Однако намного более смешанные последствия Брексита последовали в политической сфере. Начнём с того, что выход Британии нанес и серьезный политический урон и самому Европейскому союзу. Процесс Брексита некоторые эксперты называют кризисом политической легитимности ЕС: «ЕС с 2000-х гг. выглядит вполне респектабельной сетью подотчётных и транспарентных институтов. Но на деле ЕС оказался чрезвычайно сложным и громоздким образованием, парадоксальным образом демонстрируя растущий демократический дефицит и всё большее отчуждение публики» [5, с. 113].

Также, политические последствия настигли и саму Британию. Произошло усиление исполнительной власти, а именно - принятие закона о роспуске парламента, который возвращал монарху (по сути премьер-министру) право распускать парламент, а также назначения всеобщих выборов. Также, был принят законопроект, который запрещал Верховному суду выносить решения по содержанию решений правительства, ведь именно Верховный суд противодействовал действия Джонсона по роспуску парламента.

Одним из главных политических кризисов Британии после Брексит стал Ирландский и Шотландские вопросы. В Шотландии на протяжении долгого времени циркулируют сепаратистские движения в связи с высокой национальной идентичностью и высокой активностью местных политических элит [3, с. 118]. В ходе референдума 2016 года 62% шотландцев проголосовало против Брексита, однако правительство опиралось на общенациональные результаты, что вновь всколыхнуло сепаратистов. Так, после Брексита шотландское правительство подает заявку на вступление Шотландии в ЕС, однако получает отказ из-за опасений усиления сепаратистских движений у некоторых членов Европейского союза (Каталония, Фландрия, Южный Тироль). В итоге, Джонсон вводит проект создания специального фонда, который должен будет работать по перераспределению британских вложений в ЕС внутри самой самого Британского королевства: «общим фондом процветания» (Shared Prosperity Fund) [4, с. 125].

Нельзя не отметить, что среди кельтских народов политика кабинета Джонсона в целом не пользовалась особой популярностью: в Шотландии его деятельность на посту премьер-министра не одобрили 73%, в Уэльсе – 59%, в Северной Ирландии – 56%. [6, с. 120]В то время как Северная Ирландия стала большой «головной болью» ещё Терезы Мей. С выходом Британии из ЕС появлялась проблема границы с соседней Республикой Ирландией, которая входит в состав Евросоюза. В регионе почти три десятилетия длился период Смуты, сопровождаемый кровавыми столкновениями между католиками и протестантами и террористической деятельностью Ирландской республиканской армии, которая оказывала ожесточённое сопротивление британским военным и полицейским. В 1998 г.многолетний конфликт в Северной Ирландии завершился подписанием Белфастского соглашения, которое провозглашало создание автономных органов власти в регионе и «прозрачной границы», разоружение военизированных группировок ИРА и реформу местной полиции [3, с. 126]. Однако Брексит угрожал вновь внести политическую нестабильность. По результатам референдума 2016 года большинство проголосовало против 55% [3,c. 127]. Главной проблемой являлся Протокол по Северной Ирландии - это раздел Соглашения, по которому Северная Ирландия, покинувшая Евросоюз в составе королевства, осталась членом таможенного союза ЕС. Этот двойной статус позволил избежать появления границы между Северной Ирландией и Республикой Ирландия, однако потребовал ввести контрольные процедуры в североирландских портах при поставке в страну товаров из других частей Соединенного Королевства. Протокол по Северной Ирландии занимает центральное место в Соглашении по Брекситу. Его согласование в декабре 2019 г., было представлено как триумф, поскольку в соответствии с ним Северная Ирландия продолжает пользоваться преимуществами членства в ЕС, при этом оставаясь частью Великобритании. Стороны договорились не возводить сухопутную границу между Республикой Ирландией и Северной Ирландией. Однако, чтобы избежать неконтролируемого ввоза британской продукции в Республику Ирландия - члена ЕС, вводится фактическая таможенная граница между Северной Ирландией и Великобританией в Ирландском море, в то время как сухопутная граница должна была оставаться прозрачной и свободной от проверок.

Однако на практике всё оказалось немного сложнее. Из-за многочисленных бюрократических сложностей ввоз британских товаров был затруднён, 20% пограничных проверок ЕС происходили именно в Северной Ирландии, что вновь столкнуло Евросоюз и Британию: первые предлагали альтернативы, вторые отказывались от них и предлагали и вовсе отменить действие Североирландского протокола [4, с. 101-102]. Однако на данный момент протокол продолжает своё действие и так и не был пересмотрен.

Исходя из вышесказанного можно сделать очевидный вывод, что мнение британского общества относительно Брексита значительно разнилось, но к 2025 году общество пришло к более цельному мнению. Новый опрос YouGov показывает, что общественность согласна с бывшим лидером Партии независимости Соединённого Королевства и Партии реформ Соединённого Королевства: 62% британцев считают Брексит «скорее провалом», и только 9% считают его «скорее успехом». Ещё 20% не относят его ни к одной из этих категорий, а остальные 9% затрудняются с ответом [6].

В самом ЕС реакция тоже различалась. Франция отреагировала шоком, для них Брексит стал доказательством уязвимости интеграционного проекта. Вышеградская группа восприняла Брексит как возможность занять вакуум, оставленный евроскептическим британским правительством. Венгрия поддержала Брексит, как реакцию на провальную миграционную политику Брюсселя. Польша же восприняла выход Британии как потерю главного союзника в объединении [7, с. 116-117].

Таким образом, подводя итог, моно сказать, что Брексит не достиг целей, который ставил перед собой изначально, однако помог подсветить некоторые проблемы как Соединённого королевства и Европейского Союза, так и их отношений.